Ох, этот шарф. Большую часть своей жизни я занимался только этим. Я никогда не чувствовал, что надо поскорее его завершить. На самом деле, я никогда не знал, как долго это продлится. Просто время от времени я брал его в руки и плел еще несколько рядов. С годами он становился все длиннее и длиннее, растягивался и неровно обесцвечивался с течением времени. Я носил его везде, куда бы ни пошлел. Сначала я мог обернуть его вокруг своей шеи один раз, затем дважды. Он становился теплее и теплее с каждым проходящим сезоном. Прошло уже много лет. Я лежал старый и уставший в своей постели. Я прожил долгую, насыщенную жизнь, и вот я здесь. Я провожу руками по шарфу и смотрю на его самые старые части, где шитье наиболее потерто и цвета наиболее блеклые. Я вспоминаю те дни, когда начал его вязать, - как же я тогда был молод! Как беспечен и силен, как здоров и свободен! Слезы наворачиваются на глаза, когда я представляю себя тогда. Но те дни прошли, и эта холодная борьба - все, что осталось. Эта