Струя пламени ударила в потолок камеры, превратилась в ослепительный шар и с грохотом осыпалась искрами.
— Впечатляет. — Борис лениво взмахнул хвостом. — У кого научился?
— Да пару дней назад с дедом одним забавным познакомился. — Игникус выдохнул колечко дыма и теперь задумчиво наблюдал, как оно уплывает в темноту. — Ну, как познакомился… сожрал я его. Если быть абсолютно точным.
— Варварство.
— Да перестань. Люди, к примеру, постоянно так делают.
Борис тихо вздохнул, делая вид, что внимательно изучает здорового светлячка, ползущего по рогу. По мере того, как насекомое приближалось все ближе, глаза единорога все теснее сбивались в кучу, но смахнуть настойчивого жука не поднималась нога.
Вуххх.
В воздухе пахнуло раскаленной серой. Жук, сбитый дыханием дракона, умчался к собратьям, и Борис осторожно потрогал раскаленный рог кончиком копыта. Дракон с невозмутимым лицом со скрежетом ковырялся когтем в зубах.
— Послушай, я тебя спросить хотел. — Игникус внимательно изучил старую шляпу волшебника, извлеченную из пасти, брезгливо обнюхал и вытер когти о камни пола. — Почему у тебя имя такое странное? Борис… Ты же единорог. Почему не Дельфинариус или Шизокрылус хотя бы?
— Да тут такое дело… — Борис оставил рог в покое и уставился в окно на золотые огоньки города, спящего в долине. — Я же последний единорог. Остальных… Последний, в общем. И родители решили, что если у меня будет уродли… то есть обычное человеческое имя, люди меня не тронут.
— Глупо.
— Ну попробовать-то стоило.
Дракон усмехнулся. Растянувшись на каменном полу, Игникус наслаждался краткими ночными мгновениями покоя и тишины.
Люди. Дракон до сих пор не мог понять, как такие крохотные букашки смогли доставить столько проблем? Дохлые, пугливые - он до мелочей помнил первую встречу с этим племенем. Ноздри дракона будто наяву наполнились смрадом горящих городов и полей, в ушах зазвенели крики и звон колоколов. В тот миг никто не мог представить, как дорого им обойдется эта встреча через пару веков.
— Игникус?
Дракон лениво взмахнул обрубком хвоста, показывая, что не спит.
— Ты сказал, что люди постоянно убивают друг друга. — Борис опустился на пол рядом с драконом, морщась от ледяного дыхания камней. — Что они жрут своих учителей. Но мы же видели их города - огромные, стройные башни и яркие площади. Разве убийцы и варвары способны на такое?
Дракон усмехнулся, его огромные глаза сверкнули в полумраке камеры янтарем.
— Я думаю, среди людей тоже есть свои драконы и единороги. И пока одни жрут и убивают, другие превращают дерево и камень в города.
— Значит, однажды все может измениться?
— Конечно, нет. — Дракон усмехнулся и снова закрыл глаза. — Когда они закончат с вами, то примутся за своих единорогов.