Исторически сложилось так, что очень странно для деловых людей – или вообще для любого человека с исполнительной ролью – проводить большую часть своего дня, заботясь о нуждах своих собственных детей. Люди не были бессердечными, они просто не думали, что детям особенно полезно проводить много времени со своими родителями. Преобладал страх "избаловать" детей откровенными проявлениями привязанности. Только в начале 1950-х годов, сначала в Соединенных Штатах, а затем постепенно и во всем остальном развитом мире, эта точка зрения начала меняться.
Ряд исследователей в области развития ребенка-особенно психоаналитик Джон Боулби-подчеркивали важность постоянных и тесных отношений с родителями. Боулби продемонстрировал ценность теплой, успокаивающей родительской фигуры для хорошего развития ребенка. Игра на ковре, мытье волос, прыгающие мячики, смех над выходками Пингу были для Боулби вопросами психологической жизни или смерти ребенка:
"Все эти объятия и игры, интимность грудного вскармливания, с помощью которых ребенок познает комфорт тела своей матери, ритуалы умывания и одевания, с помощью которых через ее гордость и нежность к своим маленьким конечностям он познает ценности своего собственного тела“.…”
Такой опыт научит нас основному доверию, которое является основополагающим для здорового развития ребенка.
"Это как если бы материнская забота была так же необходима для правильного развития личности, как витамин D для правильного развития костей.”
Он не хотел, чтобы это произошло, но понимание Боулби принципов развития ребенка открыло новый ландшафт боли для современных родителей. То, что он не успел вовремя лечь спать, стало не незначительным неудобством, а потенциальной катастрофой. Нежная, тревожная часть каждого родителя просыпалась – и теперь болела всякий раз, когда они сидели в пробке или ждали взлета на взлетной полосе в Хитроу.
Теперь родитель вернется из командировки и будет переживать из-за всех тех бань, которые они пропустили, и из-за количества рассказов, которые они не читали. Это были не те заботы, которые могли бы прийти в голову рыцарю, возвращающемуся из Крестовых походов. В 1095 году – когда его сыну Балдуину было два года-граф Роберт Фландрский отправился за море в первый крестовый поход на Святую Землю. Он вернулся домой в августе 1099 года. К этому времени он пропустил уже 1460 очередных постельных историй.
Роберт Фландрский: равнодушный к количеству непрочитанных историй
Но это не заставляло Роберта чувствовать себя виноватым или грустным, потому что в Европе XI века быть очень хорошим отцом не оценивалось с точки зрения количества контактов.
Однако в свете нашего более глубокого понимания потребностей ребенка Роберт был варваром. Наши лучшие-а также самые трудоемкие – идеи о том, как воспитывать ребенка, появились на сцене в очень неудобный момент, когда мы также обнаружили некоторые важные вещи о производительности, эффективности, разделении труда, трансконтинентальном транспорте, 24-часовой сменной работе и цифровых технологиях. Наши лучшие идеи о том, как управлять экономикой, и наши лучшие идеи о том, как растить семьи, полностью расходятся.
Поиск удобного, гармоничного баланса между требованиями работы и потребностями детей-это мучительная мысль. Это звучит как очевидно такая хорошая идея. И мы всегда можем найти несколько человек в мире, которые, кажется, достигают его с легкостью-так же, как есть люди, которые хороши в высокой проволоки езды на велосипеде. Но очень маловероятно, что вы станете одним из этих людей.
Мы в конечном итоге разочаровываемся и сердимся на себя (и на наших партнеров) за то, что не смогли достичь очень труднодостижимого состояния. Можно было бы – с аналогичными уровнями справедливости-ругать себя за то, что не совмещал работу в бухгалтерии сети супермаркетов с фортепианными концертами в Grosser Musikvereinssaal в Вене.
Если и есть утешение, то оно заключается в том, что неудача не является личной. Это не чья-то собственная некомпетентность или отсутствие драйва, который ставит работу и домашнюю жизнь в противоречие. Мы просто живем в такой момент в истории, когда две большие, противоположные темы очень сильны. У нас есть требовательные идеи о потребностях семей и отношений, и у нас есть требовательные идеи о работе, эффективности, прибыли и конкуренции. Оба они основаны на критических озарениях.
Это не наша вина, что они сталкиваются; но это означает, что мы заслуживаем высокой дозы сочувствия к очень сложной ситуации, в которой мы оказались.