О том, как опасна охота... на суслика!
- Дед, а ты на суслика ходил?
Архипыч вздрогнул и сурово взглянул на Сашку. Неожиданный вопрос внука застал его врасплох:
- А тебе-то что?
- Просто. Мне папка говорил.
- Папка… Любит он языком трепать. Всыпать бы ему, да вырос уже — до ушей и не дотянешься.
- Расскажи, дед. А я тебе табаку принесу.
- Ладно, неси.
Архипыч задумчиво погладил бороду, закурил трубку и выпустил облако едкого дыма:
- Это еще до перестройки было… Да ты сядь, не ерзай! Или не буду рассказывать!.. Тогда все по-другому было. И воздух чище, и люди добрее. А какая в лесах живность водилась! Сейчас такой нет. Уж если лось, так это сохатый! Уж если уж, так это анаконда! А сом, так на центнер, не меньше! А какие были суслики! Четыре суслика весь колхоз без урожая оставляли! Но зато, если его добудешь, вся деревня с мясом. Правда, и взять его трудов составляло великих.
Старик глянул на затаившего дыхание внука, усмехнулся чему-то и продолжил:
- У того суслика когти были — что у тигра, порвать мог в два счета. Поэтому охотились на него только в случае крайней необходимости – голод там или на спор… Да ты не бойся. Сейчас суслики не те. Это раньше они детей воровали по селам да коров угоняли. Нынче зверь измельчал. Экология или нервы — не знаю.
Архипыч вытряхнул пепел из трубки, отвалился на спинку кресла и полуприкрыл глаза.
- Я в ту пору совсем молодой был, сильный. Подковы руками гнул. Ух, и доставалось мне за это от председателя колхоза! Всё вредителем ругал. Хороший мужик был. Начнет крыть по матушке — заслушаешься. Он собрания проводил в клубе, так народ как на концерт шел. Да… Ну, бабы, понятное дело, на меня заглядывались. Я тоже, бывало, выйду на улицу, гляну на село, девки гуляют…
- Дед, а суслики?
- … а у меня одна забота — суслика добыть. Обеспечивать же надо: колхоз — урожаем, население — суслятиной. Дело зимой было, морозы стояли – налету все замерзало. Зайца плевком можно было убить. Мы с мужиками и ружей-то никогда на охоту не брали. Но зато как плевали! Я, например, белку с тридцати шагов в глаз бил! Ну, вот. Нашли мы, стало быть, нору суслика, керосину туда плеснули, он и выскочил, в чем спал. Ну, мы с мужиками уделали зверя с ног до головы. И тут выяснилось, что оттепель в природе случилась. Стоит суслик — сонный, оплеванный — постепенно соображать начинает. Ну, мужики извиняться полезли, а потом врассыпную. Только я и остался. Нет, думаю, без суслика домой не вернусь. И мы схватились.
Внук слушал с широко разинутым ртом, Архипычу это нравилось, и он не скупился на подробности, разжигая в Сашке еще большее любопытство.
- Он первым же ударом руку мне перебил. Смотри, какой шрам! Но я другой рукой за шею его схватил и стал душить. А он мне задней лапой — бац под дых! Я отлетел метров на десять. Чувствую, силы начинают меня оставлять. Дай, думаю, настойки хлебну, которую твоя бабушка делает. Гадость — мертвого поднимет! А хитрый суслик увидел и хвостом, как кнутом, настойку у меня выбил. Ну, я, слава Богу, на охоту с одной бутылкой не хожу, хлебнул из другой. Гляжу, суслик несется на меня, аж земля дрожит. Еле отскочить успел. Правда, задел он меня все-таки лапой, повалил на землю и давай топтать. Больно так! Но с бабкой твоей у нас и не такое бывало, так что ближе к вечеру я ничего, а суслик начал уставать. Тут-то я и ухватил его за раздвоенный хвост. А как ухватил, так немедленно вставил ему в ноздри. Он и задохнулся — дышать же нечем. Когда я приволок суслика в деревню, народ три недели гулял! Радости было!
Архипыч хитро прищурился, помолчал немного, но не выдержал и расхохотался:
- Сашка, а ведь я пошутил! Сусликов-то больших не бывает! Это мы так с папкой твое чувство юмора развиваем. Понял? Суслики — они вот такие. Как мышки, только побольше. И когтей у него нет. А шрам этот у меня от топора, по пьянке промахнулся. Ну? Ты чего?
Сашка неестественно засмеялся. Ну, да — рассказывай! От топора. Уморил прямо. Всё за маленького держат, потешаются. У самих голова на плечах имеется — уж как-нибудь сможем отличить быль от выдумки. Разберемся! Суслики — не хищники… Надо ж такое было придумать! Как мышки! Ха-ха! Ну, дед, попросишь у меня еще табачку принести…