Найти в Дзене
Люмпен-интеллигент

Очередь

#bookopinion Владимир Сорокин, "Очередь".  Ранний Сорокин черпал вдохновение в советском быте застойных лет. Типичное явление того времени — бесконечные очереди за любыми товарами.  Весь роман состоит из прямой речи стоящих в очереди за каким-то неназванным дефицитом то ли из Америки, то ли из Югославии, то ли откуда-то еще, и отпускают его то по одному в руки, то по два, три или даже четыре.  Очередь — живой организм и главный герой романа. Она является начальной точкой отсчёта, эталонной формой порядка и организации общества.  В ней знакомятся, вместе отдыхают и спят, ругаются и дерутся, пьют квас, едят, выпивают, даже ходят стоять в другие очереди поменьше.  Голос очереди маргинален, полон мата, хамства, коверканий и просторечий. Он создан для армейских перекличек безымянных и пронумерованных.  В таких очередях проходит абсурдная жизнь простого советского человека. Тратьте время.

#bookopinion

Владимир Сорокин, "Очередь". 

Ранний Сорокин черпал вдохновение в советском быте застойных лет. Типичное явление того времени — бесконечные очереди за любыми товарами. 

Весь роман состоит из прямой речи стоящих в очереди за каким-то неназванным дефицитом то ли из Америки, то ли из Югославии, то ли откуда-то еще, и отпускают его то по одному в руки, то по два, три или даже четыре. 

Очередь — живой организм и главный герой романа. Она является начальной точкой отсчёта, эталонной формой порядка и организации общества. 

В ней знакомятся, вместе отдыхают и спят, ругаются и дерутся, пьют квас, едят, выпивают, даже ходят стоять в другие очереди поменьше. 

Голос очереди маргинален, полон мата, хамства, коверканий и просторечий. Он создан для армейских перекличек безымянных и пронумерованных. 

В таких очередях проходит абсурдная жизнь простого советского человека.

Тратьте время.