Петербург простился с нами скромно. Вдаль уносит быстро сонный поезд По дорогам нас знакомым, стройным, Часовой пересекая незаметно пояс. Мчится вдаль железная машина, Словно вихрь, свободой окрылённый! И мне кажется, что поезд меня слышит, И мне кажется, что он одушевленный. Опьянённый, он пейзажами родными, Набирает скорость, пульс свой ускоряя И несётся прочь от горя и уныний, И порою над собой контроль теряя. Будто вырвавшись из плена городского, Он вперед рванул так быстро и красиво, Словно с вдохом воздуха морского, В нем, как в человеке заиграли силы. Лишь к утру покорно и смиренно, Сбавит скорость он, и словно птица, После долгого полета вместе с ветром Возле берега другого приземлится.
Петербург простился с нами скромно.
Вдаль уносит быстро сонный поезд
По дорогам нас знакомым, стройным,
Часовой пересекая незаметно пояс.
Мчится вдаль железная машина,
Словно вихрь, свободой окрылённый!
И мне кажется, что поезд меня слышит,
И мне кажется, что он одушевленный.
Опьянённый, он пейзажами родными,
Набирает скорость, пульс свой ускоряя
И несётся прочь от горя и уныний,
И порою над собой контроль теряя.
Будто вырвавшись из плена городского,
Он вперед рванул так быстро и красиво,
Словно с вдохом воздуха морского,
В нем, как в человеке заиграли силы.
Лишь к утру покорно и смиренно,
Сбавит скорость он, и словно птица,
После долгого полета вместе с ветром
Возле берега другого приземлится.
