Что касается осетин, то они не осмеливалнсь вступать для грабежа на территорию ингушей; ингуши к названию осетин прибавляли унизительный эпитет, говоря картабыт-ирон (в переводе с ингушского бьющие челом).
Но бывали и взаимные браки между ингушами и осетинами, бывали и переселения одних к другим, бывали даже единичные случаи дружбы между ними.
Старик Ганыж тоже пристрастного мнения об осетинах. Как и ингуши, так и осетины прежде были керестан (христиане). Из осетин, по его словам, только одни куртатинцы и тагаурцы были благородной (княжеской) крови. Все же остальные осетины стояли ниже ингушей. Осетины.говорит он‚-вообще племя` так себе.Это --народ, по его мнению, хитрый, но все же более гостеприимный, нежели кабардинцы. Что их унижаетэто отсутствие всякого самолюбия; никто не считает их храбрыми. Не было случая, чтобы осетинские наездники увезли что-нибудь из Назрани; ингуши же у них постоянно увозили жен, девиц и угоняли скот.
Между ингушами и осетинами в старину не было никогда мира и солидарности; они вечно питали друг к другу взаимную неприязнь, редкий осетин мог просто приехать к ингушам; только хорошие осетинские алдары и то при хороших кунаках из ингушей могли приезжать к ним; они тоже ездили только к алдарам. Что ингуши успевали перевезти или перегнать через Терек (осетин и ингушей разделял Терек), то всегда оставалось в их руках; осетины дальше не преследовали их, боясь вступить на территорию ингушей.