Утро рабочего дня. В департаменте учёта и контроля царило пока что полусонное настроение. Сотрудники в кабинетах гоняли чаи. Модницы наводили марафет! Заядлые курильщики жадно насыщяли организмы никотином и адреналином. Лишь один человек уже спозаранку развил кипучую деятельность. Вернее её имитацию! Директор успел получить сверху ЦУ («ценное указание») от САМОГО и в свою очередь «пропесочить» руководителей подведомственных учреждений за упущения в такой важной сфере экономики и производства, как учёт. Иван Иванович был доволен началом новой трудовой недели и уже собирался пройти в комнату отдыха и выпить чашечку кофе на удобном кожаном диване. Все карты спутал визит правдолюбки.
Внезапно к нему в служебный кабинет заскочила его взволнованная секретарша Инночка. Она была молода, красива, стройна! С такими девушками начальники любят в Шарм эль Шейх ездить! Но, как истинная блондинка, не обладала аналитическим умом. А вот представительские задачи выполняла блестяще! Подать кофе, отправить факс, занять приятным разговором томящихся в приёмной посетителей… Она всплеснула руками и на своих шпильках по ковровой дорожке засеменила к широченному столу начальника: «Иван Иваныч! Беда!!! Опять пришла эта правдолюбка из школы. Требует принять её!»
Слова Инночки вначале ввергли шефа в панику, если не сказать больше – в прострацию. Он знал лично эту посетительницу. Марья Ивановна учила ребят словесности. Но на этом и кончалась вся её схожесть со своей тёзкой из анекдотов про Вовочку. Наша героиня имела железобетонный характер! Решала вопросы быстро и хватко! Махровые бюрократы готовы были стреляться только при виде этой женщины. В доме крыша потекла – она уже в мэрии! Школе потребовался ремонт пола – спешит в департамент образования. И ведь добивалась намеченной цели! Своим напором, энергией, всей массой своего огромного тела она давила, приземляла чиновников на землю. Но и Иван Иванович был не лыком шит! Он быстро взял себя в руки, недаром же фамилию такую имел – Твердолобов! За обманчивой интеллигентной внешностью, открытым лицом и высоким ростом скрывалась дремучая природа «медведя на воеводстве». «А ты её, нашу дамочку, отправь - ка к моему заму – Петру Петровичу Железняку. Он у нас толстокорый, как арбуз! Атаку любой правдолюбки отобьёт!»
Лучше было не придумать! Железняк тоже соответствовал своей фамилии. Как будто в железных латах родился! Другие чиновники какие – то булавки крепили на одежду от сглаза, мысленно дистанцировались от своих просителей, чтобы не принимать их заботы близко к сердцу и сохранить здоровье на государевой службе. А Петру и этого не требовалось. Человек он был очень тучный, а подкожный слой имел, как у амурского тигра! Одна бабулька у него в ногах валялась: «Замерзаю, милок, в своей хатке! Выпиши дровец побыстрее!» Так он, знаете, что ей ответил: «Зима, бабушка! Крепитесь! Всем сейчас холодно!» Говорят, бабка онемела от такой непрошибаемости и заговорила лишь спустя два дня. Родственники уже хотели её, бедную, к неврологу вести. Вот так!
Инночка вышла от шефа с улыбкой. Марья Ивановна терпеливо дожидалась решения своего вопроса. Таких посетительниц чиновники не любили и за глаза называли правдоискательницами. Некоторым даже пытались приклеить ярлык шизофреника. Правда, с нашей героиней такой номер не прошёл! Она даже специально взяла справку о том, что на учёте у психиатра не состоит и никогда не состояла. «Мария Ивановна, давайте я Вас провожу к нашему первому заму…»
Словесный поединок длился полчаса. Со всей мощью и энергией просительница стала доказывать важность и нужность поднимаемого ей вопроса. Но так и не сумела пробить защиту Железняка. Со словами «Вы ещё узнаете меня и с плохой стороны!» правдолюбка захлопнула дверь приёмной. Пётр Петрович остался верен своей репутации непробиваемой ягоды (арбуз ведь ягода). Вот что значит многие десятилетия работы в высоких властных кабинетах! А директор лишний раз убедился в правильности выбора. С такими заместителями скоро все любители правды будут повержены и начнут обходить департамент стороной! А то мешают, понимаешь ли, решать масштабные задачи.
Сергей Предеин.