В швейцарском немецком есть одна занимательная особенность: устный и письменный язык — не одно и то же.
Письменный язык — это швейцарский вариант немецкого языка (Schweizerhochdeutsch), устный язык — это группа диалектов, или местных наречий (Schwizerdütsch или Schwiizertüütsch).
Иными словами, в швейцарских диалектах немецкого вы можете услышать такой треш, который не вычитаете ни в одной швейцарской немецкоязычной газете.
И если швейцарский вариант немецкого — это литературный язык, то есть язык, обладающий нормой и социальным престижем, то швейцарский диалект немецкого, как и любой диалект любого языка, находится примерно на одном уровне с просторечием (сравните в русском «нормальные» слова и их диалектизмы: петух и кочет, свёкла и бурак, паук и павук — ну как вам ощущения?).
Рассмотрим шутку.
Здесь подшучивается над так называемым муотатальским диалектом (Muotathaler Dialekt) — местным говором коммуны Муотаталь, где проживает менее 4 тысяч человек.
Когда-то близ этих мест состоялось решающее сражение русско-австрийской армии А.В. Суворова с французами, увенчавшее успехом его Швейцарский поход.
Кстати, путеводители советуют Муотаталь как отличный туристический маршрут.
На сайте коммуны есть прекрасный словарь муотатальского диалекта, переводящий слова данного говора на литературный немецкий.
Попробую, опираясь на упомянутый словарь, перевести то, что говорит гиена (Muotathaler → HD – Rus):
1) Friiartig! → Freiartig! – Свободно! (Один из вариантов перевода);
2) Flätt! → Völlig! – Совершенно! (Один из вариантов перевода);
3) Rääkä! → Beissend, ranzig stinken! – Едко, прогоркло вонять!;
4) Hautschüdälä! → Hautschutz! – Защита кожи! (В словаре нет, пришлось самостоятельно восстанавливать);
5) Mänärlä! → Schlitteln, rodeln! – Кататься на санях!;
6) Süümälchtärli! → Holzgeschirr für Schweinemast! – Деревянная кормушка для свиней.
Бросается в глаза, что для слов муотатальского диалекта характерно обилие умлаутов — как два умлаута подряд типа üü, так и полная «умлаутизация» всех гласных в слове, так что даже конечная гласная — и та умлаут.
Для литературных вариантов немецкого, в том числе швейцарского, такое явление нетипично.
И это не говоря о согласных. Но подобная тема требует более серьёзного научного исследования, поэтому пока остановимся.