Необычная для деревни кошка, вид которой говорил о происхождении из рода сиамских кошек, жила в доме очень много лет. Однако никто не мог назвать, сколько ей лет. Называли её Кларита, по желанию хозяйки. Ей иногда приходило в голову что-то необычное, видимо, большое желание затмить повседневную серость выдавало иногда шедевры. В деревне обычно кошек звали Рыжиками, Мурками, Васьками, а иногда и просто Кискис.
Хозяйка и кошка понимали друг друга с полуслова, иногда хватало одного взгляда, чтобы остановить непотребное поведение кошки или понять, что ей надо поесть. С хозяевами у неё были особые отношения. Отжившие свой век баба и мужик по-разному относились к кошке. Мужик её не привечал, ему, как сейчас говорят, было по барабану, а хозяйка, которая была в доме главной, с кошкой имела деловые отношения и об этом говорила откровенно: «Кошка мне нужна для казённых нужд, она ловит мышей, а так — выгон-парус из дома». И Кларита как будто её понимала, очень исправно она несла свою службу, иногда приносила к ногам хозяйки пойманных мышей, та их пинала, не любила гадов.
Кошка была во всех отношениях особенная, имела ярко выраженный нрав, чем-то схожий с человеческой гонористой натурой. Хищница, не давала себя в обиду никому, на улице гоняла собак как паршивых котов. Коты к ней не приходили, она сама ходила по котам, когда наступало время. А если во дворе появлялись чужие четвероногие, то им приходилось уносить ноги, и чем быстрее, тем лучше. Даже к приходящим редко людям встречи с ней ничего хорошего не сулили. Она обнюхивала каждого, иногда запрыгивала как зверь, иногда даже кусала и фыркала. Своенравие и свобода были очень любимы кошкой.
Однако свободе иногда мешал хозяин, с которым она не считалась. Он часто выгонял её на улицу, в летнее время это переносилось легче, а вот зимой было сложнее. Иногда она пряталась в коровнике, иногда на сеновале. Бедой для неё были времена, когда хозяин пьян, вот тогда она редко, но совершала вынужденные полёты, иногда и за дверь.
Длительные морозы вынудили её искать тайные места, где можно переждать, пока хозяин бесится. Умная и изворотливая Кларита каждый раз находила такое место. И в эту холодную зиму ей тоже удалось приспособиться.
Обычно в сильные морозы дрова в печку закладывали с вечера, дверку не закрывали, чтобы оставшееся тепло вышло в дом, да и дрова подсохли, а лишняя влага испарилась из печи. Так вот несколько ночей кошка провела в печке безопасно. А однажды она не успела выйти из неё, а дверку хозяин захлопнул, стало теплее, но дым становился всё сильнее и сильнее. В конце концов она стала метаться внутри печи, выть и с грохотом оттолкнула дверку, с воем выбежала, залезла в дальний угол и стала ждать, остывать и успокаиваться… время шло, а никакой реакции не было. Хозяйка была в коровнике, а хозяин как-то странно утихомирился. Тут ей на ум пришло недавнее событие, когда пьяный хозяин посадил её в холодильник, там она замёрзла, сегодня перегрелась. Хорошо хозяйка открыла холодильник и выпустила её. А сегодня тишина, непонятная…
Потом был шум, много людей, а хозяин лежал неподвижный, а через несколько дней он перестал бывать в доме. Кларита понимала, что как-то в этой перемене замешана она, на глаза старалась не попадаться, бессознательно ждала, что хозяйка проявит недовольство, но ничего такого не происходило. Даже казалось, старуха стала добрее и шуршание мышей её не так сильно беспокоило.
О её дружбе и любви к корове. О двух отживших существах.