Злополучный актер Павел Устинов, схлопотавший несколько лет тюрьмы за якобы нападение на силовика, вызвал новый резонанс в обществе. На его защиту встали известные коллеги по цеху, и теперь ситуация развивается по тому же сценарию, что и с журналистом Голуновым. Каков будет исход, пока предугадать нельзя, но, вполне возможно, именитым актерам удастся добиться небольшого торжества справедливости, вытребовав Устинову свободу.
Такие эпизоды, безусловно, вселяют некоторое воодушевление: кто бы что ни говорил, власть еще вынуждена иногда прислушиваться к гласу общества, и, кривясь, щерясь, скрипя зубами, все-таки идти ему на уступки. Учитывая, что речь в этих случаях идет о вопиющем произволе и его жертвах, каждая спасенная от беззакония жизнь – победа. Однако есть один момент, который лично меня немного настораживает. А именно: явная цеховая солидарность, которую можно проследить, что называется, невооруженным глазом. Я неспроста в самом начале назвала защитников Устинова именно «коллегами по цеху». Журналисты вступаются за журналиста, актеры – за актера. И вроде бы все нормально, вроде так все и должно быть… Но разве жертвам произвола у нас необходимо принадлежать к какой-то определенной профессии, чтобы в критический момент рассчитывать на поддержку других людей?
Вот, к примеру, печально известные сестры Хачатурян. Пересказывать их историю нет смысла – ее и так знает каждый. Налицо все признаки произвола, но никакого значимого выступления против приговора не наблюдается. Видимо, это от того, что профессии «жертва психопата-родственника, которому в созданных для него государством условиях было весьма вольготно» не существует. Да, выходят на акции поборники прав женщин и подростки, но никто из по-настоящему влиятельных персон не высказался в поддержку сестер. Никто не вступается за тысячи россиянок, давших отпор истязателям и несущим за это наказании. В ответ на каждый случай – лишь тишина, сопровождающаяся иногда абсолютно звериным шипением на тему «еще разобраться надо, кто здесь жертва» и «сами виноваты».
Разумеется, если актер Устинов стараниями других актеров обретет свободу – это будет счастье. Он не преступник и не совершил ничего, за что полагается тюремная камера. Но точно так же не заслужили камеры и сотни, тысячи других людей, сообщения о которых появляются в криминальной хронике каждый день. Им не повезло дважды: в день, когда агрессор перешел все мыслимые границы и напоролся наконец на нож, и в том, что у них нет собственного цеха с коллегами по работе, которые массово начнут записывать видеообращения, чтобы достучаться до властей. А потому - вперед на нары. Справедливо или нет - никого не заботит.