Принцесса любила позировать. Но не любому художнику, а только Лукасу Кранаху. Она прибегала в его мастерскую, усаживалась в уютное кресло напротив мольберта, и наступал тот волшебный миг, ради которого она, собственно, здесь и появлялась: принцесса погружалась взглядом в его глаза и слушала захватывающие рассказы Кранаха...
В этот раз он решил написать картину на библейский сюжет — Юдифь с головой Олоферна. В правую руку принцессы он вложил меч, подставив для опоры небольшой инкрустированный столик, а под левую руку пристроил округлый валик (потом на картине это будет мужская голова), сам распустил прическу принцессы и живописно разложил по плечам пряди роскошных каштановых волос. На ее голову прикрепил специально приготовленную великолепную бархатную шляпку, а шею несколько раз обернул золотой цепочкой. Затем отошел к мольбергу. Теперь можно было приступать к рассказу ради которого и пришла принцесса.
«Однажды, — рассказывал Кранах, смешивая краски на палитре, — на иудейский город Ветилуя напало войско царя Навуходоносора под командованием Олоферна. Двенадцать дней продолжалась осада города. Кончилась вода, и толпы людей, плача и стеная, бродили по улицам. Юдифь, богатая и красивая вдова, надела праздничное платье, украсила себя драгоценностями и отправилась в неприятельский лагерь. Красота Юдифи покорила Олоферна. Юдифь рассказала ему, что бежала от своего народа, чтобы исполнить волю богов и сообщить Олоферну о его скорой победе. Довольный Олоферн поместил Юдифь в удобный шатер и три дня пировал с нею. На четвертую ночь, когда Олоферн уснул, Юдифь отсекла ему голову его же собственным мечом и поспешила в Ветилую, чтобы показать согражданам голову захватчика. Под утро, узнав, что Олоферна больше нет, ассирийцы впали в панику и бросились наутек, оставив все награбленное в Иудее. А защитники города сколько могли преследовали их».
Принцесса слушала Кранаха с восторгом. Кранах быстро наносил на холст выражение ее лица.
Понимает ли юная принцесса, о чем эта картина? Чувствует ли она, какую власть ее красота имеет над художником? Но говорить он смеет только кистью...
Позируя Кранаху, принцесса Сибилла Клевская вспоминала тот день, когда они встретились впервые. Ей только-только исполнилось 14 лет. Во дворец ее отца, курфюрста Иоанна III Миротворца, герцога Юлиха, Клеве и Берга, прибыло пышное посольство саксонского двора сватать ее за наследника престола принца Иоганна Фридриха.
Во главе посольства — высокий красивый дворянин с изысканными манерами и тонким умом: воспитатель принца и знаменитый художник — Лукас Кранах. Тогда же он написал портрет принцессы Сибиллы Клевской в свадебном платье. Стоя перед первым в своей жизни парадным портретом, принцесса пришла в полный восторг. Неужели эта роскошная дама с широко распахнутыми сияющими глазами она, маленькая Сибилла?
И это чудо сотворил Лукас Кранах. Его обаяние было столь велико, что принцесса стала с нетерпением ждать свадьбы, после которой она будет жить в замке саксонских курфюрстов и каждый день видеть художника.
После свадьбы жизнь в Виттенберге оказалась даже интереснее, чем ожидала принцесса. Полно удовольствий: рыцарские турниры, празднества, поклонение придворных... Муж, чрезмерно полный, но добрый и ласковый молодой человек, которого в Саксонии прозвали Великодушным, не разочаровал Сибиллу, но и не покорил ее сердце. Оно принадлежало Кранаху.
Изящество юной повелительницы, ее игривость и неудержимое кокетство очаровывали Кранаха.
В 1530 году из-под его кисти рождаются бесконечные Венеры, Юдифи, Далилы, Лукреции, у которых было одно чуть скуластое лицо с маленьким подбородком, и тонко очерченными бровями. Лицо маленькой принцессы. Он придумывал для нее роскошные наряды, и картины Кранаха стали в Саксонии своего рода демонстрацией мод: дамы шили себе новые платья, следуя этим изысканным образцам.
Сибилла была в восторге. Ее нисколько не смущали картины, в которых героини с ее лицом представали перед зрителем. Эти фигуры с узкими телами и почти змеиной пластикой вполне отвечали немецкому идеалу утонченной, прихотливой, несколько жеманной грации, манящей чувственности, некоторой загадочности. Картины покупали нарасхват, и по всему миру несли они славу художнику Лукасу Кранаху и принцессе Сибилле Клевской.
Конечно, обожание Кранаха имело свои пределы. Муж Сибиллы был не только его воспитанником, но и правителем Саксонии. Поэтому в картине «Юдифь» осторожный Кранах изменил первоначальный замысел: вместо своей головы он изобразил голову Иоганна Фридриха. Словно это не он потерял голову от любви к принцессе, а ее собственный муж...
В 1547 году наступил конец мирной жизни и Иоганн Фридрих впал в немилость к императору Карлу 5. Императорские войска осадили город и захватили в плен мужа Сибиллы. Приговор для него был суров... Но вовремя подоспел сам художник Кранах и при чем не с пустыми руками, а взял с собой ту самую пророческую картину Юдифь с головой Олоферна и подарил её Карлу.
Кранах умоляет императора сохранить Иоганну Фридриху жизнь. Карл V не может отказать Кранаху, но оставляет курфюрпринца в плену.
Через три года несчастный Иоганн Фридрих передает Кранаху, самому близкому ему человеку, просьбу о том, чтобы тот приехал к нему и разделил его плен. Не колеблясь ни минуты, Кранах раздает имущество наследникам и отправляется в темницу к своему воспитаннику. Он делит с ним заточение, морально поддерживает его, развлекает своими картинами, которые он пишет не переставая.
В 1551 году Карл, смягчившись, освобождает Иоганна Фридриха из заточения — опять ради Кранаха, но отправляет в изгнание. Кранах следует за ним. Вместе они скитаются, пока не оказываются в Веймаре, где к ним присоединяется истосковавшаяся по близким Сибилла. Веймар и стал последним пунктом их горестного странствия. Сначала в октябре 1553 года уходит к проотцам Кранах, затем одновременно на следующий год — Иоганн Фридрих и Сибилла. В день когда Кранаха не стало в некрологе прозвучало: «Все немцы остаются позади тебя...»
Подаренная императору Карлу V картина «Юдифь» в наши дни является одним из украшений Венского музея истории искусств, где хранятся сокровища, собранные Габсбургами на протяжении многих столетий. Картина, цена которой — человеческая жизнь...
Рассказывала для Пельменя: Искусствовед Наталья Синельникова. А если вам рассказ понравился, то поддержи его поставив палец вверх, подписывайся, да и просто заходи ещё.