В гостях у студии «На Благо мира» киновед, кинокритик, автор и ведущий телевизионных программ Андрей Шемякин.
Андрей Шемякин знает о кино все. Но не это главное! Он умеет говорить со зрителем на его языке и с уважением к его опыту.
- Здравствуйте, Андрей! Для нас большая честь видеть вас в студии Премии за доброту в искусстве «На Благо мира». И сразу позвольте перейти к вопросам. Формируя наш раздел «Сокровищница», мы столкнулись с тем, что зрители обожают старое советское кино. Связано ли это с тем, что нет ничего современного?
- Советское кино – это потерянный рай. Старое советское кино рассказывает о той жизни, которой уже нет. «Русский человек любит вспоминать, но не любит жить»,- как сказал Чехов. И кроме того, это – еще и очень хорошее кино. Старые советские фильмы отвечали вовсе не советской идеологии, они отвечали советской утопии.
Обязательно должны быть программы, которые не рекламируют, не внушают, не навязывают, а советуют. У меня был замечательный опыт на одном из телеканалов. Нужно было прокомментировать фильм. Мы показывали разное кино: старое и новое, советское и зарубежное, но задача стояла обязательно найти в нем то, что интересно сегодняшнему зрителю. Это было соединение собеседника и аналитика, и зритель сразу отреагировал - рейтинг программы взлетел. В результате, начав с 6 программ, мы дошли до 11.
- Почему документальное кино всегда ассоциируется с малым бюджетом? Ведь программы ВВС доказывают обратное!
Это совсем другой формат. Это развлекательное и просветительское кино в одном флаконе. К сожалению наши замечательные традиции, которые развивались в Центр Науч Фильме были утрачены. Даже не утрачены. Они были похищены.
Каждая копейка должна отрабатываться на экране, иначе кино перестанет быть зрелищным. Пока мы, к сожалению, путаем понятия «развлекательное» и «зрелищное».
Что касается ВВС – это великолепно отлаженная индустрия, куда что ни положи, они сделают из этого окрошку в своем формате.
- Необходимо сделать все возможное, чтобы зритель мог не просто выбирать из имеющегося, но и заказывать.
Сегодня у нас почти полностью отсутствует критика. Вместо нее присутствует хайп во всех своих проявлениях.
Медиа в своем негативном развитии значительно опережает просветительскую волну. Катастрофически не хватает ведущих, которые любили бы искусство в себе, а не себя в искусстве, ведь зритель всегда верит конкретному человеку, так устроено телевидение. Поэтому, когда ты представляешь что-то - это очень серьезная ответственность. Важно сделать это не только, чтобы тебе поверили – это может любой пиарщик-рекламщик – важно, чтобы тебя поняли. Пусть бы не согласились, пусть бы потом поспорили, но поняли. Вот тогда можно говорить о просвещении.
- Нужно ли воспитывать аудиторию?
- Ну, а кто мы такие, чтобы воспитывать? Пора сойти с пьедестала! Очень интересно, как раз, было бы делать кино, опирающееся на жизненный опыт зрителя. Воспитание – это школа видения. У нас не существует программ, которые стали бы «школой зрения», а это очень важно показать зрителю, как увидеть фильм. Не посмотреть, а увидеть! Учить смотреть – да, учить жить – нет!
Необходимо, чтобы появилось то доверие между зрителем и автором, на котором выросла наша зрительская аудитория. Именно аудитория сформировала запрос на авторское кино, которое впоследствии задало столь высокую планку советскому и мировому кинематографу.
Подробнее в эксклюзивном интервью для Премии «На Благо Мира»: