Найти в Дзене

Воин

Кажется, что осталось совсем немного И солнце оставив должность настольной лампе Гонит меня на кухню, а там с порога Встречает прогноз погоды и твитер Трампа. Сколько ещё прислуживать, как мальчишка? Целые дни - всегда катастрофа века. Хочется разораться, но ты молчишь. Там Дети, жена и конечно же ипотека. Где-то там на кого-то опять напали. Митинги, марши — всё уже тошно слушать. Жаль, что обидится снова стекло забрала, Когда горожане плюнут, прицелясь в душу. Там же и крикнут: «я вас, собак, стрелял бы!» Мы бы стреляли тоже — найди врага нам. Ну, а пока за годы отчётов залпом, Я, поедаю звёзды одним стаканом. Все выходные, я, как обычно, в доску. Совесть, казалось, меньше кофейной чашки. На стуле лежат поглаженные в полоску: Голубоглазый кот и моя тельняшка. До тридцати пол шага, по меркам — старый. Сижу с маяком, закуренным возле рта, Клеймённый всюду тысячным комментарием: «Стала армия что-то уже не та».

Кажется, что осталось совсем немного

И солнце оставив должность настольной лампе

Гонит меня на кухню, а там с порога

Встречает прогноз погоды и твитер Трампа.

Сколько ещё прислуживать, как мальчишка?

Целые дни - всегда катастрофа века.

Хочется разораться, но ты молчишь. Там

Дети, жена и конечно же ипотека.

Где-то там на кого-то опять напали.

Митинги, марши — всё уже тошно слушать.

Жаль, что обидится снова стекло забрала,

Когда горожане плюнут, прицелясь в душу.

Там же и крикнут: «я вас, собак, стрелял бы!»

Мы бы стреляли тоже — найди врага нам.

Ну, а пока за годы отчётов залпом,

Я, поедаю звёзды одним стаканом.

Все выходные, я, как обычно, в доску.

Совесть, казалось, меньше кофейной чашки.

На стуле лежат поглаженные в полоску:

Голубоглазый кот и моя тельняшка.

До тридцати пол шага, по меркам — старый.

Сижу с маяком, закуренным возле рта,

Клеймённый всюду тысячным комментарием:

«Стала армия что-то уже не та».