У Ремарка небо было желтым как латунь. У меня оно потемнело и иногда выдавало себя парой звезд. Закат в Праге наступал практически незаметно, на цыпочках, следуя за тобой невидимой тенью. В какой-то момент тень отделялась от твоего тела и улетала вверх. Никакой мистики, но она совершенна, а ты - сгорбившийся турист. Который приходит на Карлов мост четвертый вечер подряд. И последний.
Завтра самолет.
Я мучительно вглядываюсь вдаль, куда-то к параллельным мостам. Прищур помогает различить быстро летящий трамвай. У Цоя он шел на восток и вообще был троллейбусом. Куда идет этот рогатый, мне неведомо. Компас не спасет ситуации - части света в темноте почти такая же непостижимая наука, как и астрономия. Где там медведица, большая и маленькая? Все равно не поймать. Взглядом. Не ловится.
Холодно.
Зато проходящая мимо баржа светится от счастья. Она рассекает по Влтаве и создает круги по воде. На мгновение кажется, что пошел дождь, но оптическая иллюзия быстро выдает себя. Все равно завидую: притворяться не получается ни на секунду. Ребята, я интересный, веселый, творческий, с большим будущим. А еще много вру. Ой, это кажется, без кокетства и по-настоящему.
Чайки.
Птицы пикируют на воду откуда-то из-за спины. Они выбрали хороший фон - подсвечивающиеся холмы, согнувшиеся для милостыни попрошайки, куча путешественников с фотоаппаратами. И я, замерший в одной точке моста. Уходить не хочется. Одиночество, переросшее в ленцу и красоту момента. Вот он мост, стихия, высота, чешская осень. Впереди только ночь в хостеле и дорога в аэропорт. Остановись, мгновение. Вот моя цена за право превратиться тут в памятник.
Вот только кому? Неизвестному писателю. Пойдет.
А вот и первые посетительницы монумента. Их трое. Кажется, немки. Или польки. Языкам не обучен. Двое бегут дальше, как будто на этом мосту могут быть дела, а одна, в очках и тоненькой курточке, подбегает к краю моста, совсем недалеко от меня, и тоже замирает. Эй, здесь должен быть один памятник, дорогуша.
А, впрочем, стой. Она не двигается, будто бы поспорила. Украдкой скашиваю глаза - смотрит вдаль и улыбается. Для нее чудо - это не мощи святого Серафима, а то, что открыто глазам с моста, ночью. Это удивительно. Вокруг столько случайных прохожих, пришедших сюда ради фотографии, галочки, привычки, экскурсии. И только одна девушка, остановившаяся вопреки всему. И уже десять минут смотрящая в сторону чаек, баржи, трамвая.
Я не знаю, как выразить свое уважение. Это будет выглядеть пошло и неуместно. Да и английский, стыдно признаться, рожден ползать где-то по российским степям. Молчу. И жду. Может, сама заговорит.
Нет. Подходят ее подруги. Она говорит им только одно слово - "Импрессионизм".
Француженка.
Они уходят, оставляя чувство недосказанности и ощущение города романтиков - гармонию можно поймать только тогда, когда уходишь в себя и сливаешься с природой.
Пора на самолет.
Реализм.
27.09. 2018 F