Чукотка-это невероятный край. Природа, климат, животные, растения-все не повторимое и не похоже ни на одно место в стране.
Приехав туда, я каждый день открывала для себя этот северный край, как новую планету.
Ты гуляешь по березовой роще, а макушки берез не дотягиваются даже до твоего колена.
Наступает ночь, а за окном светит солнце и спать не возможно. Солнце просто ходит по кругу, и ни на минуту не прячется за горизонт. Летом конечно. В августе пошел первый снег, а к ноябрю уже была глубокая зима с огромными сугробами. Нет ни так. С ОГРОМНЫМИ СУГРОБАМИ. Просто однажды мы вернулись из Певека и не нашли наш поселок. Вместо домов, из-под снега торчала мачта антенны. По ней мы ориентировались, когда помогали найти вход в дом, и откопать двери. За три дня нашего отсутствия прошел снегопад и все завалило.
На следующий год зима была не столь щедра на снег, но зато к нам в гости пришли медведи. К песцам я уже привыкла. Они стаями бродили вдоль домов в поисках пропитания, с радостью набрасывались на угощение в виде остатков супа или каши. Но белые медведи и так много!
Для нас это стало неожиданностью. Все бросились за фотоапаратами и за сгущенкой. Медведи вели себя мирно, на людей не обращали внимание. Было ощущение что хозяева вернулись домой, после долгого отсутствия.
Они с явным удовольствием расправлялись со сгущенкой.
Делали это очень ловко, я бы сказала даже лихо. Одной лапой прижимают к земле, когтями другой одним ударом пробивают дырки, и вылизывают лакомство. Наши мужчины осмелели, попытались подойти ближе. Особенно старался Борис, он выбрал семью с двумя разновозрастными медвежатами и хотел снять их поближе. Медведице это явно не понравилось, она отшвырнула банку и направилась к нахалу. Тот рванул в сторону своего крылечка. Мы в ужасе замерли. Борис успел заскочить к себе в дом и захлопнуть дверь. Медведица постояла, понюхала его следы, крылечко и отошла к малышам. На этом инцидент был исчерпан. Но, к вечеру, она опять вернулась к крылечку Бориса, обнюхала весь дом (в нем 4 квартиры) и вдруг лапой ударила по его окну, только стекла зазвенели в тишине.
Прибежали солдаты с автоматами и ракетницами. Ракетницами отогнали медведицу. Забили окно фанерой. Только все разошлись, она опять вернулась и выбила последнее окно в его квартире. Так и жил наш Борис всю ту зиму с окнами, заколоченными фанерой.
Медведи не уходили всю зиму. Поскольку убивать их нельзя, приходилось учиться жить в таких условиях. На улицу мы выходили только под конвоем из 8-10 солдат с автоматами. Все работы выполнялись быстро и с большой осторожностью. Но и это ни всегда помогало. Случались казусы. Так мой муж был, как всегда, доставлен на обед (на вездеходе развозили прямо к крылечку с автоматчиками). Пока я накрывала на стол, выскочил к соседу (соседнее крылечко в метре от нашего) и пропал. Звоню в роту, там дежурный смеется. Оказывается их в той квартире трое собралось, медведя привлекла эта беготня, и он решил тоже зайти в гости. Подпер дверь своей тушей и заблокировал офицеров.
Пришлось соседке кормить всех гостей обедом. Но им повезло, просидели всего несколько часов. Вот дежурному на полярной станции повезло меньше. Пошел в радиорубку передать данные, а за ним медведь. Три дня не выпускал бедолагу. Так и сидел голодный и без воды. Пришлось егерей из Певека вызывать. Усыпили и оттащили в тундру. Но медведь отоспался, и опять вернулся в поселок.
Зато наблюдать за ними из окна было очень любопытно. Семья с разновозрастными малышами поселилась в зоне видимости из моего окна. Оказывается у них строгое распределение домашних обязанностей. Старший медвежонок был в роли няньки у малыша, и часто получал оплеухи от строгой матери, если маленький убегал или падал с тороса и пищал.
Когда медведи вели себя особенно назойливо, их начинали отгонять выстрелами ракетницы. Медведи убегали и прятались за торосами.
Если они слышали голоса, то выглядывали прикрывая черные пяточки носа лапой. Выглядело это очень забавно.
Так прожили мы с медведями всю зиму, как в зоопарке. Только ролями поменялись. В клетке заперты были люди. Весной медведи ушли.