Герои народных театров разных стран собрались в Сергиевом Посаде на уникальный фестиваль. Как Петрушка принимал иностранных гостей, увидел «Огонек».
Простодушный, придурковатый, ловкий, смекалистый — этот ярморочный балбес и задира с пронзительным голосом — часть истории площадей многих стран. Итальянский Пульчинелла, французский Полишинель, чешский Кашпарек, немецкий Гансвурст, голландский Ян Клаасен, датский господин Йоккель, испанский Дон Кристобаль, английский Панч, русский Петрушка — одна большая семья. И впервые они встретились в Сергиевом Посаде. Как и сто, двести лет назад, они веселили народ уличными представлениями.
Споры о том, кто в этой веселой семейке старший, а кто младший, ведутся до сих пор. Говорят, что наш красноносый Петрушка произошел от итальянского Пульчинеллы, ну или от перчаточной куклы из Лиона по имени Гиньоль. Но мы, конечно, в это не особо верим. Петрушка такой же русский, как балалайка или шапка-ушанка. К тому же почти все народные кукольные герои стали популярны в одно время в XVII веке. Родители Петрушки, скорее всего, скоморохи. Как раз в XVI веке скоморошество стали запрещать высочайшими повелениями. И тогда вместо живого человека рассказывать едкие политические анекдоты и развлекать народ стала кукла. Выступали они, как правило, вдвоем с шарманщиком. Он клал в рот пищик — голос становился высоким, неразборчивым и дерзким.
«Пищик — это просто две пластины, связанные нитками, а между ними тесьма»,— объясняет Андрей Шавель, его называют первым Петрушкой СССР. Тридцать лет назад он вместе с супругой открыл в Москве театр «Петрушка». На чердаке дома-музея М.Н. Ермоловой были найдены оригинальные куклы середины XIX века, на основе которых жена Андрея Валентина Смирнова вылепила, а потом и сшила своего русского Петрушку. Вместе супруги возродили стилистику русского балагана и петрушечную традицию. В Советском Союзе Петрушку не особо жаловали. Слишком у него была сомнительная гражданская позиция. В классических сюжетах Петрушка всегда обводит вокруг пальца власть, ну или представителя духовенства. Его за остроты даже прозвали Петром Ивановичем Уксусовым. Впрочем, почти все народные куклы любят поиздеваться над «правящими классами». «Чешский петрушка как культурный герой очень социально настроен,— рассказал Томас Желинек, кукольник из Чехии,— проще говоря, он бьет власть».
На то, как Петрушка колотит дубинкой городового, потом жандарма и ловко избегает наказания, в этот раз пришли посмотреть больше трех тысяч человек.
По замыслу организаторов, фестиваль «Петрушки мира» должен стать доброй традицией Подмосковья. В следующем году в нем примет участие еще большее количество актеров и зрителей.