Между операцией «Дуб», целью которой было освободить Муссолини из тюрьмы в 1943 году и первой встречей двух диктаторов прошло чуть более 20 лет. За это время их отношение друг к другу часто менялось и в этой статье мы рассмотрим их отношения до начала Второй Мировой войны.
В начале 1920х Гитлер был мало кому известным агитатором крайне правого толка, Муссолини же возглавлял фашистскую партию Италии и был довольно известным политиком даже на мировой арене. В те дни молодой и амбициозный Гитлер смотрел на Муссолини как на предмет для подражания и понятно почему. Фашистская революция в Италии явилась для будущего фюрера источником вдохновения. Доказательством этому служит его книга Mein Kampf, в которой он напишет: «Я готов честно признать, что в тот период я был исполнен искреннего восхищения перед великим человеком по ту сторону Альп, ибо человек этот был полон горячей любви к своему народу, не заключал сделок с врагами Италии, но всеми способами стремился их уничтожить. Муссолини по праву может быть назван в числе великих мира сего благодаря своей решимости не делить Италию с марксистами, но разрушить интернационализм и спасти от него родное отечество»
Тем не менее эта симпатия отнюдь не была взаимной. Безусловно, Муссолини нередко (и стараясь этого не афишировать) снабжал деньгами юное детище Гитлера, нацистскую партию, когда та рвалась к власти, и оказывал другие формы поддержки. Однако осторожный итальянский диктатор, хотя и утверждал, что восхищение Гитлера ему льстит, старался не вступать в слишком тесные отношения с бесноватым австрийцем.
Отношения между Муссолини и Гитлером резко изменились, когда тот в начале тридцатых годов пришел к власти. И хотя дуче испытывал к новоявленному фюреру смешанные чувства — реанимированная Германия вполне могла представлять угрозу для Италии, — он также полагал, что сможет использовать Гитлера в собственных целях, а именно — с выгодой для себя эксплуатировать страх Запада перед нарождающимся нацизмом: например, потребовать для Италии территориальных уступок на Балканах, в Средиземноморье или в Северной Африке.
Естественно, Муссолини опасался, что Гитлер попробует присоединить к Германии Австрию и тем самым ликвидировать своеобразный буфер между Италией и Третьим рейхом. Вместе с тем он полагал, что сможет держать в узде своего страстного поклонника и сумеет воспрепятствовать осуществлению аншлюса Австрии, который бы нарушил положения Версальского договора. Тогда, в 1933 году, Муссолини как-то раз сказал следующее: «Гитлер не слишком блещет умом. Его голова напичкана философскими и политическими ярлыками, причем совершенно бессмысленными».
Муссолини пришел еще в больший ужас, когда в июле нацисты попытались прийти к власти в Вене. Впрочем, фюрер быстро пошел на попятную, как только Муссолини сделал несколько угрожающих жестов, например, разместил на пограничном перевале Бреннер четыре итальянские дивизии. Тогда отношения между обоими диктаторами достигли своей самой низкой точки.
Агрессивные заявления Гитлера не могли не вселять в итальянского вождя обеспокоенность. В марте 1935 года Гитлер посмеялся над Версальским договором, открыто заявив, что намерен поставить под ружье полмиллиона солдат. Через месяц Италия вместе с Англией и Францией осудила действия фюрера, а также безоговорочно поддержала независимость Австрии. Этот недолговечный союз получил название «Фронт Стреза» и был направлен исключительно против Германии.
После же агрессии Италии на Эфиопию, Англия и Франция наложили санкции на Италию через Лигу Наций, что только подтолкнуло Муссолини сближению с Гитлером.
В марте 1938 года Германия аннексировала Австрию, и хотя Муссолини не раз клятвенно обещал, что встанет на защиту своего северного соседа от нацистской оккупации, на этот раз он занял сторону агрессора. Гитлер не скрывал своего ликования по поводу того, что аншлюс не вызвал у Муссолини никаких возражений.
Гитлеру не терпелось заключить с Италией официальный союз, прежде чем предпринять свой следующий возмутительный и незаконный шаг — вторжение в Чехословакию. Однако Муссолини еще не был готов к подписанию официального соглашения. Однако в 1938 году он предпринял ряд шагов, направленных на укрепление связей между Италией и Германией. Так, он вынудил итальянцев принять нацистский шаг, который он сам называл passo Romano, то есть римским.
Впрочем, заимствования порой шли в обоих направлениях. Так, например, нацистский салют — выброшенная вперед рука — был скопирован с римского, который был в ходу у итальянских фашистов.
Вскоре 22 мая 1939 года в Берлине будет подписан Стальной Пакт - Военный союз Италии и Германии, который предопределит судьбу двух государств. Отношения же двух диктаторов во время войны мы рассмотрим в следующей статье.