После Средней Азии мы вернулись в Уфу, поставили там несколько постановок и отправились на гастроли по городам Сибири. Тюмень, Омск, Томск, даже доехали до Семипалатинска и Зайсана (Казахстан – прим. ред.).
В городах Сибири нам было особенно тяжело. Афиши срывались, писались на нас доносы, останавливались спектакли – чего только ни делалось. Донимали нас капитально. Но как бы ни было трудно, мои товарищи только крепли. И сейчас ни слова не говорят о том, чтобы выйти из труппы. Но тем не менее, мы очень устали. Настолько устали, что даже описать невозможно. И все же, мы показали сибирским городам, что татарский театр существует и что он очень нужен.
Первым, кто показал татарский театр жителям Сибири аж в 1913 году, была труппа «Нур». И на мой взгляд, заслуга труппы «Нур» пока еще недооценена. Я знаю каждого в лицо, кто хотел бы обесценить роль труппы «Нур», и я верю, что когда-нибудь её история будет подробно изучаться.
Переезжая таким образом с места на место, в 1914 году мы приехали в Челябинск. Как говорится, суму нищего не наполнишь. Как назло, мы попали на период уразы (мусульманский пост – прим. ред.). Разрешение играть не дают. К тому же мы тоже очень устали – и морально, и физически.
В Челябинске был у нас один знакомый. Он забрал нас к себе.
– Вы, парни, выглядите очень уставшими и изможденными, а вы, туташечка, совсем исхудали… Несколько лет назад вы были совсем другой. Что, настолько было тяжело? – говорит он. Артисты в ответ только тяжело вздыхают. – Вам нужен отдых, иначе вы долго не протянете. Вот, вам мой совет: отдохните месяц, а расходы я беру на себя, – сказал он. У нас и у самих были кое-какие деньги. Мы с радостью согласились. Наутро они отправили меня к доктору.
Доктор меня осмотрел.
– Вы еще так молоды, почему ваш организм так изношен, где вы работаете? – спросил он. Я ответила, что артистка. – Тогда понятно! А что вас натолкнуло на это занятие в столь юном возрасте?
– Так получилось. А какая у меня болезнь?
– Ваши дела не из лучших, у вас катар желудка, легкие тоже плохи, вам пока нужен отдых. Но вечное мучение вам обеспечено, – заключил врач.
Эти последние слова доктора врезались мне прямо в сердце. Я, кусая губы, спрашиваю:
– Так, что же мне делать?
– Голубушка, вы нанесли себе вред, уехав так рано, иначе вы в 20 – 25 лет не были бы в таком плачевном состоянии, – сказал он.
– Значит, я потерянный человек?
– Нет, вам надо очень хорошо полечиться.
Но слова доктора о вечных мучениях не оставляли меня в покое и окончательно сломили мой дух. Я вернулась домой и утонула в слезах, ведь мне было всего девятнадцать лет!
Наш знакомый нашел нам жилье и повез нас отдыхать в деревню, что на кромке леса. Там мы очень хорошо отдыхали. Это был первый мой отдых с того момента, как я ступила на сцену. Самочувствие наше стало намного лучше, а дух снова стал приподнятым.
Мы стали совершенно другими людьми! И через месяц такого отдыха мы с новыми силами принялись за работу. Дали несколько спектаклей и концертов в Челябинске, а затем отправились в Уфу.