Пигмалион был скульптором. Он жил на острове Крит и специализировался на фигурной резке из слоновой кости. По натуре скульптор всегда был нелюдим, а женщин сторонился особенно, находя их характер слишком порочным и вздорным.
"Оскорбясь на пороки, которых природа, женской душе в изобилье дала, холостой, одинокий. Жил он, и ложе его лишено было долго подруги." (Овидий "Метаморфозы")
Но однажды Пигмалион создал статую девушки такой непревзойденной красоты, что сразу же влюбился в нее. Он одаривал ее подарками, украшал драгоценными камнями и дорогими тканями. Целовал холодные губы, в тайне мечтая о взаимности.
В праздник Венеры - богини любви скульптор отправился на ее алтарь и, совершив приношения, попросил богиню:
"Дайте, молю, мне жену (не решился ту деву из кости
Упомянуть), чтоб была на мою, что из кости, похожа!” (Овидий "Метаморфозы")
Богиня Любви вняла зову влюбленного в свое творение скульптора и оживила статую, которая стала прекрасной девушкой. Не известно был ли ее характер менее вздорным, чем характер гречанок, рожденных более традиционным путем, но Пигмалион женился на своем творении и впоследствии у них даже родились дети.
Интересно, что ни у Овидия, ни у других греков имя девушки не упоминается. Для них она только "творение" и "дева". Галатеей ожившую статую назвал Жан Жак Руссо в своей пьесе "Пигмалион", позаимствовавший это имя у греческой нереиды.
Галатея почти никогда не появляется ни в живописи, ни в искусстве без своего создателя, да и он без нее - тоже. Большинство живописцев и литераторов трактуют этот миф не как историю любви, а как историю взаимоотношений творца с его творением. В этом тандеме одно невозможно без другого. Взаимная любовь - лишь символ их содружества.