Недалеко от немецкого города Санкт-Гоар есть скала, которую с древних времен называли Лореляй (от lureln – «шепот» на местном диалекте, и ley– «скала» на кельтском). До начала XIX века здесь, в самом узком месте Рейна, где он делает крутой поворот, существовал порог, который и дал имя Шепчущей скале, круто вздымающейся на восточном берегу.
С давних пор в этих краях существовала легенда о прекрасной речной фее, которая по ночам сидела высоко на утесе, играла на арфе и пела таким пленительным голосом, что моряки заслушивались и не замечали, как течение в излучине несет их прямо на камни.
История не нова – вспомним сирен, упоминаемых в «Одиссее» и мифах об Аргонавтах. Рейнскую деву звали Лора, поэтому существует предположение, что скалу назвали как раз в ее честь. А может быть, это ее назвали в честь скалы.
Дело настолько давнее, что вряд ли кто-нибудь сейчас сможет точно сказать, что было сначала – яйцо или курица, однако же в наши дни и скалу, и фею называют одним именем – Лореляй. Это если по-немецки, у нас же, видимо, для благозвучности его чаще произносят как Лорелей или Лорелея.
Естественно, древняя легенда о прекрасной фее, чье пение несет погибель морякам, не могло не заинтересовать поэтов-романтиков, и в 1801 году немецкий поэт и собиратель народных преданий Клеменс Брентано сочинил балладу «На Рейне в Бахарахе», в которой переосмыслил старинную сказку. В его интерпретации Лорелея была предана возлюбленным, обвинена в колдовстве и сослана в монастырь, после чего бросилась со скалы в реку, а утесы сохранили ее имя и эхом повторяют его до сих пор…
Впоследствии к этой теме обращались многие авторы, самым известным из которых, пожалуй, был Генрих Гейне – его стихотворение 1824 года «Die Lorelei», кстати, перевел на русский Александр Блок.
Лореляй по сей день остается чрезвычайно живописным местом. Путешествуя по красивейшим городкам на Рейне между Кобленцем и Бингеном, непременно стоит заехать на 130-метровую скалу и посидеть там, на утесе, с бутылкой рислинга, наслаждаясь отсутствием людей и наблюдая, как внизу проплывают в тишине баржи.