«Преступлению и наказанию» Достоевского суждено было не просто войти в историю русской литературы, а стать одним из её символов. Произведением, которое тут же приходит на ум, стоит лишь задуматься о самых великих наших книгах. Тем парадоксальнее кажется тот факт, что рождался роман в муках – его идея пришла к Достоевскому на каторжных нарах, текст он писал в самом тягостном положении, обременённый долгами и, по собственным словам, «сжигаемый какой-то внутренней лихорадкой». «В декабре я начну роман... Не помнишь ли, я говорил тебе про одну исповедь-роман, который я хотел писать после всех, говоря, что ещё самому надо пережить. На днях я совершенно решил писать его немедля. Всё сердце моё с кровью положится в этот роман. Я задумал его в каторге, лежа на нарах, в тяжёлую минуту грусти и саморазложения», – так Достоевский пишет своему брату 9 октября 1859 года. Замысел этот зрел у писателя долгих шесть лет. За это время он успел основательно исследовать тему нижнего сословия и его бунта п