Откуда в нашем кино столько бесталанных овощей? Конечно, кумовство дает о себе знать — полумертвая дочь Боярского отличный пример. Но основной источник экранного мусора — чёрный рынок ролей. Например, за одну сцену с Ургантом толстобрюхий режиссер попросит около $300 тыс. Задница Нагиева оценивается чуть дешевле — в первые серии "Физрука" можно было попасть за 4 млн. Если и это дорого, то не расстраивайся: всратый сериал на региональном ТВ с удовольствием примет даже бомжа с парализованным телом на роль похитителя женских сердец всего за 950 тысяч рублей.
Откуда в нашем кино столько бесталанных овощей? Конечно, кумовство дает о себе знать — полумертвая дочь Боярского отличный пример. Но основной источник экранного мусора — чёрный рынок ролей. Например, за одну сцену с Ургантом толстобрюхий режиссер попросит около $300 тыс. Задница Нагиева оценивается чуть дешевле — в первые серии "Физрука" можно было попасть за 4 млн. Если и это дорого, то не расстраивайся: всратый сериал на региональном ТВ с удовольствием примет даже бомжа с парализованным телом на роль похитителя женских сердец всего за 950 тысяч рублей.