Наиболее пронзительные и честные песни о войне, на мой взгляд, принадлежат никогда не воевавшему Владимиру Высоцкому и фронтовику Булате Окуджаве. Он родился на двадцать один года раньше дня Победы.
В 1942 после окончания девятого класса средней школы добровольцем ушел на войну. Служил в запасном минометном дивизионе, затем после двух месяцев обучения был отправлен на Северо-Кавказский фронт. Был минометчиком, потом радистом тяжелой артиллерии. Был ранен. В 1945 Окуджава демобилизовался. Вся дальнейшая его жизнь связана только с литературой.
И хотя поэта нет с нами уже почти одиннадцать лет, он, по-прежнему остается знаковой и культовой фигурой нашего времени. Наверное, среди нас нет таких (я надеюсь), на кого бы творчество Окуджавы не оказало бы влияние.
В моей жизни были две встречи-невстречи с поэтом. Первой была невстреча. Самое начало 70-х годов прошлого века. Я учился тогда в десятом классе. Наша учительница истории раз в месяц возила нас в ЦДЛ на встречи с поэтами, писателями. Сказать, что мы ездили туда с большой охотой, было бы неправдой. После уроков ехать, чтобы 2-3 часа слушать поэтов, чтецов, не сильно и хотелось. И вот в день очередной поездки в ЦДЛ наша староста объявляет: «Людмила Ивановна просила передать, что поездка отменяется. Окуджама заболел». Что и говорить, мы были очень обрадованы. Спасибо Окуджаме, который подарил нам свободный вечер.
Только через год узнал я, кто такой Окуджама, когда поступил в ленинский пединститут. Наш вуз называли самым поющим вузом страны. Юрий Визбор, Ада Якушева, Юлий Ким, Борис Вахнюк, Александр Васин – мэтры авторской песни – окончили наш институт. Естественно, нашим кумиром был Булат Окуджава. Первой песней Окуджавы, которую я услышал в студенческом исполнении, была песня «Пока земля еще вертится, пока еще ярок свет». Потом были десятки других исполнений его песен, магнитофонные записи, концерты в «Горбушке», но «живьем» послушать Булата Шалвовича не удавалось. У него практически не было официальных концертов – выступал по приглашениям в клубах, различных НИИ. Он не был диссидентом, в его песнях не содержалось никакой «антисоветчины», но власти нутром чувствовали что-то непонятное для себя в его творчестве. Непонятный, значит, не «наш». Не «наш» даже в том, как поэт воспринимал прошедшую войну. В его песнях и стихах не было привычного героического пафоса и патетики.
Ах, война, что ж ты, подлая, сделала:
вместо свадеб - разлуки и дым.
Наши девочки платьица белые
раздарили сестренкам своим.
«Война — вещь противоестественная, отнимающая у человека природой данное право на жизнь. Я ранен ею на всю жизнь и до сих пор еще часто вижу во сне погибших товарищей, пепелища домов, развороченную воронками землю... Я ненавижу войну», - так он писал о войне, участником которой был. С однополчанами встречался всего два раза в своей жизни, крайне редко общался с ветеранами.
В 1986 году авторская песня выходит из подполья. В Саратове проходит первый всесоюзный фестиваль авторской песни. Я был командирован газетой «Советская культура» освещать это мероприятие. Пользуясь служебным положением, большую часть времени проводил за кулисами. И вот на один день в Саратов приезжает Булат Окуджава. Дожидаясь своего выступления, он сидел за сценой на единственном стуле в своем знаменитом кожаном пиджаке и джинсах. Вокруг него, словно оробевшие дети, стояли Розенбаум, Никитины, Берковский, а он сидит в полной задумчивости и только курит.
Вот, наконец, время его выступления. Он поднимается на сцену – сутулый, шаркающая походка – и начинает петь. Как же он пел, буквально, завораживая. Откуда в нем это? Дребезжащий голос, очень невысокая техника игры на гитаре, простые рифмы, несложные мелодии. Говорят, что всё гениальное просто, но почему эта простота доступна только единицам. На концерте он исполнил самую мою любимую песню. Это даже не песня, а определенная философия жизни. Она была сочинена в 1946 году, в актовом зале Тбилисского университета, где Окуджава одним пальцем стал подбирать мелодию на рояле к недавно написанному стихотворению.
Неистов и упрям,
Гори, огонь, гори.
На смену декабрям
Приходят январи.
Нам все дано сполна —
И радости и смех.
Одна на всех луна,
Весна одна на всех.
Прожить лета б дотла,
А там пускай ведут
За все твои дела
На самый страшный суд...