Охота Артемиды

«Охота это когда - охота, а когда не охота…»
 (Григорий Офштейн (Горин))

 У каждого из нас были учителя, научившие смыслу элементарного мечтания. Элементарные мечты конфликтуют с учителями и спорят с сутью мира, ибо только в споре родится истина. Родится! Но не рождается. Истина - вечный зародыш. И спор весы легковесности человеческой. На одной из чаш переполненных - знание, на другой из чаш уравновешивающих – некомпетентность. Знание эталон – глупости! Глупость – шаткое мерило мечтательности и способ лишь взвесить собственную некомпетентность. Оттого знание и рождает скорбь, что это его цель. Для того и человек, чтобы мечтать и радоваться скорби знания или он не человек, а амёба без чувства прекрасного. Насколько праздничен и прекрасен мир фантазии древнего грека,  настолько же мрачен и скуп предел фантазии человека современного, пришибленного деньгами, базаром и рекламой – современной мечтой «нового учителя».

 Артемида - дочь Зевса и богини Лето, сестра-близнец Аполлона. Всегда юная богиня охоты, богиня плодородия, богиня женского целомудрия, покровительница всего живого на Земле. Непостижимо! Как затейливо перекликается в этом точном образе охота с красотой и жизнь с плодородием, в погоне за прекрасным как таинство зачатия и конец целомудрия. Древнегреческое знание – мерило очень древней греческой мудрости. Ибо только древний грек, с его древней мечтательностью мог позволить себе смеяться скорби через язык образный, меряя глупость человеческую  образом богини Артемиды - прекрасной охотницы. Женщина не человек! Не верите? Спросите мужчин. Сомневаетесь? Обратитесь к иностранным словарям в которых слово мужчина и человек единого корня. Женщина не человек, ибо охотница за мужчиной – концом целомудрия и венцом творения и глупость его беспредельна. Он жертва охоты прекрасной дочери Лето, не постигающий сути собственной. Мужчина – дичь, возомнивший себя охотником. Это ли не ирония Творца! И уверяйте меня после этого, что Творец мира не женщина.

 И зачем же глуп человек (мужчина) современный - легковесный наследник эллинской цивилизации, продукт двухтысячелетней охоты Артемиды на потомков Аполлона!
 Праздничность - древняя ритуальность, только ритуальностью древнею кажется ему современному - приверженцу дикарских, атеистических страхов перед собственной мечтательностью. Знание давно уже мерило одной только мечты о хлебе насущном. Практичность (суета-сует) – убила широту его мечтательности. И весы легковесности мерят вселенную по частям как на базаре. Он дикарь с каменным топором, который расчленяет собственную мечту - чтобы взвесить собственной глупостью в пересчёте на деньги в базарный день. Невозможно оценить деньгами то - что можно только взвесить собственной глупостью. Нет цены женщине, но есть цена у мужчины и немудрено, что в разное время дичь по-разному стоит. Удивительно другое – истина настолько прекрасна в своей скорби, что только врождённая инерция мышления спасает умного мужчину от понимания главной своей мечты: стать счастливой, единственной жертвой прекрасной охотницы.