Жила-была пронырливая Мало, и ей всегда всего было мало. Она всё гребла под себя, вереща истошно: «Мало может быть мало!». А по соседству жил респектабельный Много и было у него всего много-премного, но он приумножал своё много, утверждая: «Много не может быть много!». Каждый из них отстаивал своё жизненное кредо и имя этому кредо – жадность.