За приключениями Элли и Тотошки,
Дитём, следил по книжке в старенькой обложке
И верил в сказку.
Теперь жена читает дочке эту книжку.
В пол уха слушая волшебную интрижку,
Впадаю в краску.
Ведь начинается история со смерти.
Убийство домом(!), принесенным в круговерти.
Гингему жалко.
Обретший речь четвероногий подстрекатель
Снимает с трупа башмачки. Хорош приятель!
Взяла нахалка...
Но чтоб живой дойти до местного рейхстага,
Нужна сплоченная, свирепая ватага.
Умна девчонка.
На кол посаженый дегенерат страшила
Присягу первым даст ей с радостью дебила,
В башке соломка.
Вторым громила бессердечный, весь в железном,
При топоре неуязвимом и полезном,
Сослужит службу.
Там схимник звался Людоедом по злословью,
Убив его, друзья, пролитой в замке кровью,
Скрепляют дружбу.
Позднее Элли завербует в банду лёву,
Взяв "на слабо" приобретенную "обнову",
И в заповедник...
Где, саблезубых из Волшебной Красной Книги
Лев освежует, встав в ряду кровавой клики.
Теперь он смертник.
Шагает банда по кирпичной, по дороге.
В крови по пояс, но шагают твердо ноги
Дорогой трудной.
На поле маковом коту топор под ворот...
И вот, пред ними уж маячит светлый город,
Да изумрудный.
На троне Гудвин, очень хитрый узурпатор:
Манипулятор, трус и престидижитатор,
"Читает" мысли.
Главу страны соседней замочить в сортире
Закажет... Друганы Бастинду замочили,
В буквальном смысле.
Когда вернулись, Гудвин сразу въехал в тему -
Свирепость банды не дала вспоить дилемму.
Пора в Огайо!
Чтоб интерес не греть к судьбине изумрудов,
На трон "мудрейшего" сажает, след запутав.
Пиндос - не фраер...
Осталась парочка волшебниц, клика в силе.
Те депортацией девчонке отомстили.
Удар техничен.
Боюсь вникать я в пять оставшихся романов
Страны Волшебной на притворстве и обманах...
Иль я циничен...?!
© Гвоздодёрофъ