В разные периоды моей жизни, начиная с раннего детства, меня накрывало всевозможными комплексами. Лет в 6, когда обнаружилось, что мой лоб обладает внушительными размерами, дедушка сказал, что об него можно бить свиней. Эти слова показались смешными всей семье (такие себе юмористы), включая меня, но они засели в мою голову на всю жизнь. Спустя некоторое время, я и сама стала обращать внимание, что лоб слишком большой. При этом уши, хоть и маленького размера, но торчат. То есть, детская самоидентификация прошла не очень гладко.
Лет до 12 - 13 я была худым ребёнком, а после взрыва гормонов все мои женские части резко вспухли, чем обрадовали не только моих одноклассников, но и бабушку. Каждый день бабушка хвалила меня словами "наливное яблочко", чем приводила меня в бешенство. Вместе с выпуклостями и впуклостями пришли и несколько лишних кг, мой брат хватал меня за складку на животе и называл её ручка от чемодана.
Дальше меня волновал большой размер ноги, высокий рост, широкие бёдра, конопушки и некоторые другие составляющие меня. Сегодня я понимаю, что нога 37 размера - это очень даже скромно, как и рост 163 сантиметра. Мои уши и лоб перестали беспокоить вовсе, а широкие бедра, с возрастом, вообще стали более стройными, благодаря моим стараниям в спортзале и вечным диетам.
И всё-таки, один комплекс у меня есть. Мне было 24 года, когда меня лишили желчного пузыря оперативным путём. Кстати, послеоперационный шрам тоже принёс мне некоторые комплексы, но ненадолго - я стала шутить, что меня саблей ранили на колчаковских фронтах и поняла, что люди вообще не обращают внимание на кривую полоску на моём животе.
Кроме испорченного шрамом тела, после операции появились и другие визуальные изменения - пигментация. Небольшие коричневый пятнышки появились сначала на лице, а затем на руках и ногах. Теперь жить без плотного тонального крема я не могу.
Я наношу тоналку, даже находясь дома, вдруг кто-то нагрянет в гости или позвонит по видео связи, а я не в форме. Я не боюсь проснуться рядом со своим мужчиной заспанной, но то, что он увидит моё лицо без "камуфляжа" меня коробит и заставляет бегом бежать наносить спасительный выравнивающий слой.
У меня всегда с собой баночка с тонаком, за которым я регулярно ныряю в течение дня. Многие зависят от сигарет или другой гадости, я же тоже зависима - нужно постоянно проверять, не съехало ли косметическое средство, оголив мои ненавистные пятна.
Я ругаю себя, что вокруг полно других, более важных проблем, а я вообще талантливо их собираю в свою жизнь, так нет придумала ещё одну. И вот, после 12 часового рабочего дня, я ехала в полупустой маршрутке, подперев рукой щёку. Рядом сидел пожилой мужчина, которому явно хотелось поговорить, он сказал что-то о погоде и о том, что едет с больницы, где ему удалили желчный. Мы оказались с ним братьями по диагнозу, и я, как чужому человеку, легко призналась, что у меня после операции появились пятна. Он сказал, что мне они даже идут, я похожа на жирафчика. Удивительно, но этот сомнительный комплимент почему-то помог мне смириться со своим "недостатком".