Члены экипажа будут иметь только одну или две секунды, чтобы выпрыгнуть из своего танка, несомненно, получая ужасные ожоги, независимо от того, выжили они или нет.
Для танковых экипажей союзников во время Второй мировой войны танковый танк был одним из самых смертоносных орудий немецкой армии за статичной 88-миллиметровой пушкой, ракетным двигателем Panzerschreck и - больше всего - другими танками.
Panzerfaust, запущенный с плеча, или «танковый кулак», двигал кумулятивный заряд со скоростью 45–60 метров в секунду на расстоянии 60–100 метров - в зависимости от вариантов Panzerfaust 60 и 100. Но это всегда было оружие малого радиуса действия, требующее, чтобы немецкие войска подкрались к своим целям, прежде чем нажать на огневой механизм.
Из-за присущих Panzerfaust ограничений дальности немецкие противотанковые команды были наиболее эффективны в плотных или закрытых условиях, таких как города и леса. Одинокий солдат, вооруженный панцерфаустом, мог - в зависимости от угла и местоположения выстрела - проникнуть в танк союзников, поджечь его топливо или боеприпасы и убить всех внутри.
В Вашингтоне, округ Колумбия, открылся Центр исполнительских искусств Джона Ф. Кеннеди, премьера которого - месса Леонарда Бернштейна.
Члены экипажа будут иметь только одну или две секунды, чтобы выпрыгнуть из своего танка, несомненно, получая ужасные ожоги, независимо от того, выжили они или нет. Если не удастся сбежать, пламя оставит чуть больше пепла и костей.
Командир танка британской армии Стюарт Хиллз испытал мощь танковой армии во время первых сражений на севере Бельгии, предшествовавших операции Market Garden. Одна встреча сделала для душераздирающего прохода в его мемуарах 2002 года Танком В Нормандию .
9 сентября 1944 года танк «Шерман» Хиллс и три других с «Шервудскими рейнджерами Йоманри» вторглись в бельгийский город Гил. Первоначально операция нанесла самый кровавый урон пехоте, поддерживавшей танки.
Подрывная винтовка, продвигающаяся с Рейнджерс, встретила огонь из пулемета MG-42 в полях за пределами Гил. Хиллс был свидетелем того, как офицера «фактически разрезали пополам, когда он получил пояс с пулями», - писал Хиллс.
Свидетельство о смерти офицера заставило Хилс стать танкистом. Сконцентрированный огонь шерманов вскоре заставил замолчать MG-42, и продвижение в центр города прошло без инцидентов.
Защищающиеся немцы в основном покинули город, и британские танкеры встретили горожан Гила, празднующих свое освобождение, вывесив бельгийские флаги из своих домов.
Однако через несколько часов стало известно, что немецкая контратака перекрыла путь танков в город и оставила их в окружении. Гражданские лица сняли свои флаги, что усилило нервозность танкистов.
С наступлением ночи британские танки сгрудились в оборонительных позициях вокруг городской площади, а их экипажи наблюдали за связующими улицами. Немецкие зондирующие атаки не принесли значительных успехов, и Шерманы уничтожили гусеничный танковый истребитель Джагдпантер в упор.
Затем взошло солнце - и танк Шермана рядом с машиной Хилла загорелся.
Panzerfaust.
Водитель был убит. Командир танка, капитан Джимми МакВильям, выпрыгнул, но был ужасно сожжен. Общее правило, когда дело дошло до прямых хитов, заключалось в том, что «во многом вам повезло, если вы появились живым», - писал Хиллс.
Мой разум был полон ужасов. Я видел как можно ближе то, что случилось с Джимми, и теперь очень вероятно, что со мной произойдет то же самое. Здесь я сидел в своем «Шермане» со всей его огневой мощью, но я не мог определить какую-либо цель или даже догадаться, в каком направлении я должен смотреть.
Конечно же, примерно через две минуты, когда нас ударили, был потрясающий слой пламени и поток искр. Мы стреляли из пулемета «Браунинг» в том направлении, в котором, как мы думали, было направление выстрела, и яростно отступили, хотя и довольно неуклюже, на главную площадь, благодарные за возможность двигаться вообще.
Кусок шрапнели порезал мне лоб и взял мой берет с собой, но это был размер ущерба для любого из нас.
Мой водитель, Боб Ингалл, сказал, что он видел немецкого пехотинца за секунду до того, как он выстрелил в нас из Panzerfaust и почувствовал взрыв на его ногах. Тогда у меня не было возможности взглянуть на повреждения, но позже я обнаружил, что половина нашей направляющей пластины была сбита со стороны правого борта, и что было пробито отверстие через всю звездочку в дифференциале.
Если бы у нас был штурман в тот день, он почти наверняка был бы убит или, по крайней мере, потерял бы ноги.
Оставшиеся в живых танки шервудских рейнджеров Йоманри вышли из Гил. Союзники не вернут город после шести дней тяжелых боев.
Хиллс вспомнил, что его десятилетия спустя он испытывал ночные кошмары, из-за которых он чувствовал себя «отчаянием и ужасом». Но он не давал этим мыслям подавить его из-за его
значительной смелости и поддержки со стороны других солдат.
Больше исторических фактов вы найдете на этом сайте :