В детстве я думала, что «мировиновицкий» - это одно слово, над которым почему-то потешались мои родители. «Мировиновицкий» будут?» - спрашивала мама у отца, собираясь на концерт. «Мировиновицкий» опять отчебучили», - делился с кем-то папа по телефону…
Оказалось, что Миров и Новицкий – это не одно слово, а два человека, два замечательных артиста, без которых не обходилось ни одно эстрадное выступление в 60-х -70-х годах, они бессменно вели самую популярную развлекательную программу этого же времени «Голубой огонек». И как-то им удавалось быть невероятно смешными и ни разу ни пошлыми, ни развязными, ни занудными.
Лев Борисович Миров давно вошел в энциклопедию эстрадной классики. Это он придумал парный конферанс, когда на сцене два человека, как правило, противоположные по характеру и темпераменту, рассказывают смешные истории и разыгрывают скетчи. К этой идее его подтолкнула дружба с писателем Ильей Ильфом, который, как известно, работал в паре с другим писателем - Евгением Петровым.
Впервые Миров вышел вдвоем на сцену в 1933 году ( в паре с Ефимовым), а позже – с актером Дарским. С 1950 года он встретился с актером Марком Бруком. Они подружились, Марк Владимирович взял псевдоним Новицкий ( хотя Брук , на мой взгляд, звучит для эстрады куда лучше!) – и успешно работали до самой смерти Мирова в 1983 году.
Миров и Новицкий дружили семьями. Вместе отдыхали, снимали на лето один дом с разными входами на две семьи в Серебряном бору, их дети вместе выросли и дружат до сих пор. При этом Миров и Новицкий до конца дней обращались друг к другу на «вы».
Миров и по жизни был выдумщик и хохмач, его обожали друзья и женщины, поклонников у него было – не счесть. Неудивительно поэтому, что его поминки в Доме работников искусств превратились в веселые воспоминания о проказах актера и сопровождались смехом и даже хохотом. Внук актера вспоминает, что на этих самых поминках к нему подошла «одна заслуженная старушенция, любимая москвичами актриса Театра сатиры и сказала:
– Сереженька, думаю, что сегодня я уже могу позволить себе рассказать вам про вашего дедушку нечто очень особенное. Дело в том, что я его знала с середины двадцатых, еще до того, как он сошелся с Асенькой… Ах, Лева Миров был такой мужчина, такой мужчина… Темперамент, ну просто бешеный!.. Правда, и ленив был – дай Боже… Мы, девочки из мюзик-холла, говорили друг другу так: «Леву Мирова нужно пригласить к себе домой, накормить, напоить, раздеть, уложить в кровать, самой залезть сверху, и тогда ТАКОЕ НАЧИНАЛОСЬ!..».