Жестокость или коррупция? Отвечать на этот вопрос всякий раз приходится, узнавая об очередных действиях администрации Дональда Трампа. И, как правило, приходится констатировать, что имеет место и то, и другое.
Почему Белый дом встал на сторону саудовского принца, который, скорее всего, распорядился убить Джамала Хашогги из The Washington Post? Возможно, Трамп и сам был бы не прочь расправиться с оппозиционными журналистами. Да и члены королевской семьи этой страны приносят ему прибыль, останавливаясь в построенных им гостиницах.
Почему власти так жестко относятся к мигрантам из Центральной Америки, создав в центрах временного содержания условия, напоминающие те, что царили в концентрационных лагерях? С одной стороны, подобное поведение поддерживают избиратели из числа крайне правых. Но и в данном случае свою роль играют деньги, ведь такие центры построили и содержат корпорации, тесно связанные с Республиканской партией. А членом совета одной из них, Caliburn International, которая руководит печально известным центром для детей Homestead, вот уже пару месяцев является Джон Келли — бывший глава аппарата Белого дома.
В этой связи стоит задуматься над вопросом о существовании частных тюрем и приватизации отдельных сфер деятельности в целом. Передавать выполнение общественных услуг компаниям, работающим по контракту, государство начало еще в 1980-е годы.
Считалось, что, благодаря рыночным механизмам, эффективность оказания таких услуг повысится, но подобное происходит далеко не всегда. Ведь не везде существует конкуренция, а порой государство как таковое и вовсе является единственным потребителем услуг. К тому же их стоимость нередко удается завышать, пользуясь не только монопольным положением, но и связями бизнеса и власти. И если качество некоторых услуг можно оценить (достаточно проследить, своевременно ли вывозят мусор), то о ситуации в тюрьмах можно только догадываться.
Думаю, многие забыли о том, какую некомпетентность в период боевых действий в Ираке, при президенте Буше, проявили частные военные компании, в том числе Blackwater Эрика Принса. А это имя следовало бы помнить, поскольку его сестрой является Бетси ДеВос — нынешний министр образования, выступающая за коммерциализацию этой сферы.
Компания, управляющая частной тюрьмой, может делать все что угодно, пользуясь естественной закрытостью такого объекта. В ее силах недоплачивать персоналу и экономить на его подготовке, как и на продовольствии и медицинском обслуживании. Этого попросту никто не заметит. Вследствие того, что в таких учреждениях традицинно ниже уровень безопасности, Барак Обама попытался положить конец существованию подобных тюрем, и ныне того же добивается ряд кандидатов в президенты от Демократической партии.
Но Трамп, разумеется, не только отказался от таких усилий, но и пошел по пути приватизации еще и центров содержания мигрантов. Вполне возможно, что их регулярное «пополнение» вообще является смыслом проводимой на границе политики. Ведь от этого выиграют интересы бизнесменов, поддерживающих президента и его партию. Вот и приходится вновь задаваться вопросом, является ли такое отношение к людям, добивающимся статуса беженца, жестокостью или коррупцией…