В период Великой отечественной войны на базе знаменитой Владимирской тюрьмы для некоторых зеков были созданы эксклюзивные условия отбывания наказания. Они касались тех заключенных, которые были осуждены по политическим статьям. Высокопоставленные зеки пребывали в приемлемых условиях, которые на то время имелись не каждого свободного гражданина СССР.
Номерные заключенные
Каждый «особенный» заключенный Владимирской тюрьмы вместо фамилии имел специальный номер. Данные к его личному делу имело лишь высшее начальство централа и несколько сотрудников КГБ. За полное «удаление» своей личности из истории, зеку предоставлялись комфортные условия. Например, они в любое время могли прилечь на нары, иметь гражданскую стрижку, раз в сутки ходить на часовое посещение, а так же 2 раза в день ходить на 60-минутные прогулки.
Политические заключенные могли заниматься литературой, писать мемуары, получать свежую прессу и пользоваться коллекцией книг Владимирской библиотеки. Через посредничество начальников, они за свои сбережения могли приобретать продукты. Каждый день они получали двухразовое горячее питание, в меню которого входили свежие овощи и фрукты. Еженедельно, элитных заключенных осматривали медицинские работники.
Кем являлись «особенные заключенные»
Архивы тюрьмы хранят в себе данные о нескольких лицах, которым были присвоены номерные знаки. На такие условия согласились руководители трех Прибалтийских стран, брат высокого чиновника Константин Орджоникидзе, а также родственники второй жены Сталина.
Под эту группы попадали так же шпионы. Аладжанян – сотрудник британской разведки, Тибор - венгерский шпион, а так же сотрудничавший с немцами бургомистр Смоленска Борис Меньшагин. Один из «элитных» заключенных вспоминал, что делился едой с охранниками, которые из-за перебоев с поставками продовольствия имели скромный рацион питания.
Во время «хрущевской оттепели» большинство номерных зеков было амнистировано и реабилитировано.
Тюрьма-спасительница
Василий Шульгин был депутатом Государственной думы. В свое время, он участвовал в церемонии отречения от престола последнего российского императора. В 1944 году он был задержан в одной из европейских стран, и подвергся экстрадиции в СССР. Там он получил максимальный срок. Вместе с ним, в камере пребывали: писатель Андреев, ученый В.Парин и князь Петр Долгорукий.
Отсидев чуть меньше половины срока (12 лет), он был реабилитирован. Свое пребывание во Владимирской тюрьме он описывал следующими словами: «Как бы сложилась моя жизнь, если бы эти 12 лет прошли на воле? Мне бы пришлось как-то обеспечивать себя. Мое перо никому не служит, и мне пришлось бы выживать. Так же я бы мог подвергнуться более жестоким репрессиям, нежели арест. Сейчас такое время, что независимые личности подвергаются излому. Их жизнь может сохранить лишь две вещи – тюрьма и чудо. Красные, мои враги, предоставили обе этих вещи».