Автор - Андрей Уланов
Материал опубликован в августовском выпуске журнала «КАЛАШНИКОВ» за 2019 г.
Разработка высокоскоростных патронов малого калибра в СССР
Найденное недавно в ижевских «закромах» лёгкое ПТР оказалось лишь одним из результатов серьёзных работ, проводившихся в СССР накануне Великой Отечественной войны. Их целью была отработка патронов БНС (большой начальной скорости), причём сразу в двух калибрах — 7,62 и 12,7 мм.
Интерес к данной идее в СССР проявляли и ранее — достаточно вспомнить закупку в начале 1930-х годов винтовок Германа Герлиха для последующих испытаний. Однако при отстреле купленных винтовок на полигоне получить какие-то сногсшибательные результаты не удалось: 916 м/с для тяжёлой пули и 1184 м/с для лёгкой даже по меркам тех лет сложно было счесть выдающимися показателями.
Тем не менее в 1938–39 годах (видимо, после поступления каких-то новостей из-за границы), советские разработчики вновь, уже на собственных конструкциях, протестировали метод Герлиха. При этом результаты тестирования не вдохновляли: «изменение скорости было незначительно, в некоторых случаях носило даже отрицательный характер и технологическое изготовление конического ствола было нерентабельно».
Не удалось достичь положительных результатов и в ходе тестирования пуль изменённой формы (в том числе и введением поддонов) — по методу Карла Пуффа. Ещё один, более привычный для Запада способ создания «магнумов» — изменение состава пороха и плотности заряжания — хотя и дал прирост скорости, но при этом ожидаемо продемонстрировал и негативные последствия: больший износ канала ствола и большое давление при выстреле. Второе, пожалуй, было даже более неприятно, поскольку гарантировало серьёзные сложности при отработке автоматики оружия.
В итоге наиболее реалистичным был признан вариант с увеличением заряда пороха без увеличения плотности заряжания. Этот способ выглядел перспективным ещё и в свете поступавших новостей о создании таких патронов за границей — в Польше и Чехословакии.
В СССР отработкой подобных патронов занимался, в частности, НИИ-6 Наркомата боеприпасов. Кроме того, в тульском ЦКБ-14 аналогичные патроны отрабатывались одновременно с проектированием оружия под него. Судя по изготовленным образцам, первоначальный заказ у туляков был даже не на противотанковое оружие… а на авиационный пулемёт.
Имеющиеся в распоряжении ЦКБ-14 данные приведены в таблице.
Выработанные требования к противотанковой винтовке базировались на данных об иностранных образцах и сфере будущего применения оружия. В результате получились весьма жёсткие рамки: вес не более 8 кг, общая длина — полтора метра и при этом скорость у цели не ниже 1000 м/с. Опыты с патроном Г-6 показали, что увеличение объёма гильзы до 6–6,5 см³ хоть и позволяет уложиться в требования по весу, но уже ведёт к выходу на большие давления (до 4500 кг/см²), при этом скорость пули у цели на нормальных боевых дистанциях окажется в пределах 750–800 м/с. Попытка работы с гильзами 12,7 мм, переобжимаемых до калибра 7,62 мм с объёмами 12–13 см³ показали, что скорость таким способом поднять можно. Но при этом растут масса и габариты оружия, способного этим патроном стрелять. В частности, «изготовленный под патрон калибра 7,62 мм БНС авиационный пулемёт ТКБ-123 (ЦКБ-14) по габаритным размерами и весу не уступает 12,7 мм авиационному пулемёту».
В этом смысле наиболее перспективными выглядели «промежуточные» между Г-6 и 12,7-мм гильзами патроны с объёмом в 9 см³. Открытым оставался вопрос о бутылочности гильзы — именно для его уточнения новый патрон был спроектирован сразу в трёх вариантах: А, Б и В.
Первоначально интереснее выглядел вариант А с коэффициентом бутылочности 1,96. Уменьшение длины патрона и большой угол наклона ската гильзы заметно упрощали работу конструкторов, особенно — при работе над скорострельным авиационным вариантом. Правда, с технологической точки зрения, этот вариант оказался и самым сложным. К счастью для производственников, у проекта БНС как раз в это время поменялись приоритеты. Лётчики перестали проявлять к нему интерес, зато повышенную активность развило УСВ ГАУ КА. Для противотанковой винтовки, хоть магазинной, хоть самозарядной, длина патрона была менее критична. В итоге вариант Б получился на 13 мм длиннее и имел коэффициент бутылочности 1,78.
Вариант В, хотя и выглядел наиболее лёгким с точки зрения технологи производства гильзы, означал увеличение размеров ствольной коробки будущей винтовки, а также хода деталей затворной группы. Тем не менее отработка этого варианта также планировалась на 1941 год.
Смена основного заказчика у проекта БНС поспособствовала расширению фронта работ. «Ввиду острой необходимости в мощном противотанковом оружии более лёгком и подвижном, чем современные пехотные противотанковые пушки, и обладающим достаточной эффективностью на средних и близких дистанциях против тяжёлых и средних танков противника, ЦКБ-14 предприняло, используя опыт работы с 7,62-мм патроном Б.Н.С., проектирование 12,7 мм патрона БНС, имеющего ряд крупных преимуществ, как по сравнению с обычным патроном ДК калибра 12,7 мм, так и по сравнению с патроном калибра 14,5 мм для противотанковых винтовок».
Приведённая выше цитата из документа, датированного декабрём 1940 года, весьма наглядно показывает, что руководство Красной Армии вовсе не испытывало «пренебрежительное отношения к новому оружию пехоты», как иногда пишут некоторые исследователи. Наоборот, над противотанковыми ружьями до начала Великой Отечественной работали активно, не жалея сил и средств.
Что же касается собственно новых патронов, то конструкторы ЦКБ-14 пошли путём увеличения объёма гильзы до 40 см³ (против 23,2 см³) в патроне ДК. По расчётам, при массе пули в 48–50 г, это должно было обеспечить значение начальной скорости 1200–1250 м/с. При этом благодаря большему весу, пуля сохраняла бы скорость более 1000 м/с и на средних боевых дистанциях «что обеспечивает так называемый скоростной эффект и следовательно хорошее бронебойное действие, чего мы не имели в патроне 14,5 мм».
Для предотвращения ускоренного износа ствола при больших начальных скоростях, помимо стандартной пули оболочечного типа был спроектирован снаряд с пояском из красной меди.
Полный цикл опытных работ и полигонных испытаний пуль БНС обоих калибров был запланирован… на 1941 год. Увы, начавшаяся война сдвинула и поменяла приоритеты. Хотя тема ПТР-БНС не была забыта, но работы с вариантами калибра 14,5 и 20 мм — это уже, как принято говорить, «совсем другая история».
Впрочем, ещё одна попытка создать «лёгкое ПТР» именно в калибре 7,62 мм состоялась осенью 1941 года. В сентябре на НИПСВО КА испытали цельнометаллические латунные пули и гладкоствольную дульную насадку конструкции Роженцева и Щербакова.
Идея была довольно проста, и, как отметили в отчёте полигона, базировалась на всё тех же идеях Герлиха. Цилиндрическая насадка с каналом, равным диаметру канала ствола по полям, должна была заставить пулю уменьшить диаметр и, соответственно, увеличить начальную скорость до 1200 м/с.
То, что идея была, в общем, правильна, может сказать любой историк военной техники, знакомый с «Маленьким Джоном» — английской насадкой на ствол 40-мм противотанкового орудия. Увы, испытания на стрелковом полигоне в очередной раз показали, что между теоретически правильной идеей и её «работающим» воплощением в металле, как правило, пролегает долгая дорога... Или пропасть, преодолеть которую получается далеко не у всех. Предложенная Роженцевым и Щербаковым насадка не увеличивала, а, наоборот, снижала начальную скорость пули. Вдобавок, «усовершенствованная» винтовка продемонстрировала ещё и отвратительную кучность — с дистанции 50 м, большинство пуль не попали в плиту размером 800х700 мм. Неудивительно, что итогом испытаний стал вывод: «НИПСВО КА считает, что предложение тт. Роженцева и Щербакова не заслуживает внимания».