Все хорошо помнят трагедию в Беслане, когда террористы захватили школу с заложниками, но мало кто помнит самую первую операцию «Альфы» с захватом школьников в городе Сарапуле в декабре 1981 года.
Тогда я сам еще учился в школе, и узнал об этой операции значительно позже от своих старших товарищей.
19 декабря 1981 года в 13 часов 30 минут двое рядовых срочной службы из 248-й мотострелковой дивизии (в/ч 13977) Уральского военного округа покинули боевой пост, прихватив с собой два автомата Калашникова со 120 патронами и дезертировали. Это были Колпакбаев Ахметжан Ходжабаевич, 1960 года рождения и Мельников Александр Геннадиевич, 1962 года рождения.
Согласно заранее продуманному плану, дезертиры явились в близлежащую школу № 12 по улице Горького в г. Сарапуле якобы для розыска противотанковых мин, которые, по их словам, откопали и спрятали школьники. На самом деле дезертиры искали 10 «А» класс, в котором учился сын командира их воинской части.
В школе в это время шел шестой урок первой смены. И десятого «А», также, как и десятого «Б» в школе уже не было. Тогда дезертиры зашли в 10 «В» якобы, чтобы поговорить с ребятами о спрятанных минах. Ситуация казалась странной, и когда спустя некоторое время директор школы Л.А. Лапин подошел к дверям класса, они оказались заперты. На его же требовательный стук раздался выстрел.
Тогда то и выяснилось, что «розыскники противотанковых мин» — это бандиты, захватившие 25 школьников и учительница. Так, пойдя на вооруженный захват людей, дезертиры стали форменными террористами. Они и требования выдвинули — заграничные паспорта, визы и самолет для вылета в ФРГ или любую страну Запада, и ультиматум – в случае невыполнения выдвинутых условий они пригрозили расстрелом заложников.
Надо сказать, что даже по нынешним меркам захват школы — это крупное ЧП, а уж в те времена это было событием исключительно редким, а фактически - первым. Поэтому председатель КГБ СССР Юрий Владимирович Андропов дал указание направить в Сарапул сотрудников Группы «А», чтобы пресечь эту преступную акцию и освободить заложников. Руководство операцией было возложено на штаб в Москве во главе с заместителем председателя КГБ СССР Виктором Михайловичем Чебриковым.
Получив приказ, сотрудники группы «А» через полчаса в количестве 34 человек выехала в аэропорт Внуково и через несколько часов уже были в Ижевске.
К моменту начала операции уже было известно, что старший из террористов (зачинщик и главарь) Ахмет Колпакбаев, казах по национальности, и раньше в разговорах не скрывал, что стремится за границу для того, чтобы «бороться за свободу Казахстана» и сотрудничать с зарубежными радиостанциями.
Вооруженные преступники находились в этот момент вместе с заложниками в закрытом изнутри классе, расположенном на втором этаже. Сидели они за учительским столом, направив на свои жертвы автоматы. Парты, учебные пособия — и лица семи оставшихся в помещении школьников. Два окна из трех экранировали партами, что не позволяло контролировать действия преступников.
И надо сказать, что в такой ситуации очень велика роль переговорщиков.
С этой ролью в Сарапуле прекрасно справился капитан КГБ Владимир Орехов. Надо сказать, что в таких операциях наиболее важны именно первые минуты, когда нервы у преступников, в чьих руках жизни заложников, находятся на взводе.
Орехов же, вступив в переговоры с преступниками на их основное требование – загранпаспорта, резонно заметил, что это здесь он могут качать права, а за рубежом нужны загранпаспорта, без которых ни одно иностранное государство просто не пустит их на свою территорию. В этом смысле закон един для всех, а по сему Мельникову и Колпакбаеву, если они хотят эмигрировать, необходимо заполнить различные справки и ответить на вопросы стандартной анкеты ОВИРа. Так грамотный переговорщик перефокусировал внимание террористов на заполнение бланков анкет, над которыми они трудились несколько часов.
Фактически благодаря переговорщику было выиграно время, необходимо для детальной подготовки операции по освобождению заложников.
Личный состав группы «А» занял исходные позиции, заменив в здании школы оперативный состав местных органов КГБ и МВД.
Благодаря использованию внутренней школьной связи для психологической обработки преступников, удалось их склонить к выдаче заложников в обмен на «заграничные паспорта».
Когда последние заложники вышли из класса, Колпакбаеву и Мельникову было предложено сдаться, иначе против них будет применено оружие. Оставшись в помещении одни дезертиры поняли, что аргументов у них нет.
Когда до штурма оставались минуты, Мельников открыл дверь и вышел из класса. Услышав: «Бросай оружие», дезертир бросил автомат и, резко захлопнув дверь, скрылся в классе. Далее захват занял считаные секунды. Когда бойцы «Альфы» ворвались в класс, Мельников стоял бледный как мел, а Колпакбаев злобно усмехался, вскинув автомат. Но хотел ли он открыть огонь на поражение, или так просто для устрашения поднял оружие, теперь уже никто не узнает. «Калашников» у него тут же выбили, надели наручники и положили на пол.
Следует отметить, что числе первых в группе захвата действовали офицеры Группы «А» Сергей Гончаров, Сергей Зотов, Александр Евдокимов, Михаил Максимов, Вячеслав Панкин и Сергей Долгов.
Когда по завершении операции ее руководитель от Группы «А» Геннадий Николаевич Зайцев доложил об ее итогах по телефону заместителю председателя КГБ В.М. Чебрикову, то услышал в ответ:
– Я вас очень прошу: примите меры, чтобы в школе был наведен идеальный порядок, и чтобы занятия начались, как и положено, по расписанию.
Это было действительно главным и для тех, кто давал указание, и для тех, кто его получал.
И группа «Альфа» гордится этим.
Операция в Сарапуле, как и многое, проведенные «Альфой», вошла в учебники для спецслужб, и в очередной раз показала насколько велика роль переговоров в предотвращении терактов, в данном случае без единого выстрела.