Истории от Ситча Умелого "Выпуск 29"

- Что я вам говорю, сэр! сказал Эван, заламывая руки. Ни много, ни мало: этот джентльмен ...

«Медленно, мальчик», Персеваль прервал его жестом. Может быть, нам следует сначала уточнить, что вы понимаете под джентльменом. Опишите это.

Эван осмотрел молодого рыцаря Круглого стола с выражением страха и уважения одновременно, на котором также были следы презрения.

«Он был очень высоким», - ответил он. По крайней мере, как вы, сэр; или больше Я не мог видеть его лицо, потому что он носил козырек вниз.

- Он был в доспехах? сказал Артуро. Как мы

"Не так, как ты", сказал Эван, качая головой. Это было все серебро, как его меч. Он убил пиктограмму.

Артуро и Персеваль обменялись быстрыми взглядами, которые, несомненно, остались незамеченными для Эвана, но не для Дюлака.

- А пиктограмму говоришь? Персеваль проверил. Откуда ты знаешь?

«Серебряный рыцарь сказал мне», - сказал Эван, что, безусловно, было ложью. Дюлак знал это, но Персевал, казалось, тоже чувствовал это.

- А вы видели, что это убило пиктограмму? спросил Артуро.

«Нет… прямо, сэр», - признался Эван. Когда я проснулся, я был мертв, и Серебряный Рыцарь стоял передо мной с кровавым мечом в руке. Кто бы убил его, если бы не?

Гавейн собирался что-то добавить; но Артуро быстро поднял руку, заткнул его и спросил:

- А потом?

«Он ... поручил мне уведомить вас, сэр», - ответил Эван, запинаясь. Я взял лошадь мертвой пиктограммы и ехал как душа, которую несет дьявол.

«И он пришел сюда и заставил Мордреда и двух его товарищей сбежать», - добавил Артуро, словно разговаривая сам с собой. Он покачал головой. Он один. Человек против троих. В это трудно поверить.

«По крайней мере, это то, что владелец гостиницы», сказал Гавейн.

«И король Утер тоже», - вспоминал Персеваль.

"Утер ..." Артур вздохнул. На его лице появилось странное выражение, которое Дюлак не знал, как интерпретировать, но это казалось не очень приятным. И, как будто он прочитал свои мысли, Артуро повернулся к нему и смотрел на него с проницательным взглядом.

Сэр? спросил Дюлак нервно.

"Ничего", сказал Артуро. Его рука едва заметным жестом коснулась маленькой и не очень чистой повязки на шее, затем король вернулся в прежнее положение и обратился к Эвану другим тоном:

- Ты хорошо сделал, чтобы сообщить нам, мальчик. Приходите завтра рано утром в замок, и вы получите соответствующую награду. А теперь уходи!

Эван не ушел, он действительно улетел. Артуро наблюдал, как он запрыгнул на задницу и с легким пробежкой вернулся обратно. Затем он повернулся к Дюлаку, снова посмотрел на него с таким своеобразным взглядом, а затем спросил:

- Что ты здесь делаешь?

Дюлак дал бы свою правую руку, чтобы ответить на этот вопрос. Я не знала Я даже не знал, как я туда попал.

«Я ... я видел, что вы и ваши джентльмены покидали замок». Он импровизировал ложь, которая казалась ему довольно убедительным оправданием. Я последовал за тобой, потому что думал, что ... тебе может понадобиться помощь.

«Я не верю тебе ни слова», сказал взгляд Артуро. Но он казался удовлетворенным, потому что, качая головой, он обратился к Гавейну с глубоким вздохом:

- Если этот Серебряный Рыцарь действительно существует, то почему он не здесь? Как вы рискуете своей жизнью, чтобы сражаться с Мордредом, а не остаться, чтобы мы могли поблагодарить вас?

«Я не знаю», - ответил Гавейн. Спроси Утера. Может быть, я могу ответить вам. Он присутствовал. Он кивнул в сторону дома. Дверь черного кабана открылась, и вышел король Утер в сопровождении Леодегранца и Брейдена, двух рыцарей Круглого стола. Как и другие, они также пришли, чтобы защитить его и его семью. Несмотря на это, они производили больше впечатление на дружинников, чем на защитников.

Сердце Дюлака ускорилось. Дверь снова закрылась за Утером. Женева не выходила из дома. Однако Дюлак сделал несколько шагов назад, чтобы найти защиту в тени леса. Его сердце колотилось. Он ничего не хотел больше, чем увидеть Женеву, и ничто его не пугало.

Артуро молчал и необычайно напрягался, когда подошел Утер. А также выражение на лице Утера было ... странным. Радость его черт была реальной, но в них было что-то еще.

"Артуро", сказал он.

«Утер, старый друг», - сказал он.