И вот вы смотрите на себя и видите себя отраженным в триста пятидесятом зеркале, там, в конце зеркального коридора. Там, где-то там: вы есть. Там вы и есть - настоящий. Где-то. Есть. Или были. Или будете. (Если не забудете. Не загубите.)
А, так, вы вполне себе нормальный человек. Не пьете, не курите, матом не ругаетесь. Разговариваете. Покупаете хлеб и молоко. И кильку, в томатном соусе. С глазами. Не любите. Но покупаете. Она видела вас, там. В коридоре вашем. Подруга.
И. И. Да, вот, собственно, и все. Что тут сказать. Можно, правда, описать, какой вы там - отраженный.
Там вы едете на рыбе верхом, по бушующим волнам древнего моря. И кит вас не сьел (где твёрдый знак?), хоть вы и провели десять лет в его утробе. Не сьел (нет), потому что не видел. Кит не видел, что тут, собственно, есть. И вот вы теперь на нем, и управляете им, китом, китищем, его же усами. Усищами. (А ваши развеваются на ветру.) Солнце искрится на гребешках и рытвинках водной глади. А он везёт вас к берегу. И там - ваш дом. Просто дом. И он ваш. Ваш.
Что делать, если вы - девушка? Женщина. Бабушка. А у вас есть усы? Тогда вам эта история тоже подходит. А если нет (усов), то, значит, вы уже в доме. И история эта не вполне про вас, но вас, как видите, касается. Одним краем, моря.
И вот кит подплывает к берегу (метров за двести от береговой линии, как дельфины, на юге). Все, плывите.
Что? Вы не умеете плавать?
Так, чего же вы сидите? Идите, запишитесь в бассейн. И кильку по дороге купите. А тот, отраженный, пусть болтает из зеркала.
Слышно
И видно не всем. Вам, и кильке вашей, в томате
