ПП, или пойдем перекусим

Моя подруга вернулась из отпуска, гостила у своей дочери. И на следующий день после приезда она уже сидела на моем диване, сложив свои ручки на свой животик-пузцо. Я хвалила ее: стрижка, брови, маникюр. Вся какая-то свежая, спокойная. Спокойной она бывает редко. Она завхоз, нет, она не просто завхоз, она -заместитель директора по хозяйственной части в школе. Она всегда в состоянии войны: с директором, с подчиненными, с детьми. О работе она говорит много, долго, напористо и даже агрессивно. Остановить ее невозможно. Я всегда с ней соглашаюсь: ей приятно - мне не трудно. Она заходит к нам после работы, а после работы хочется позитива. Я развожу ее на позитив. В этот день позитив исходил от нее. Это приятно.

После работы мы ужинаем. Поболтав немного о наших взрослых детях, я по привычке сказала: - «Пойдем перекусим». Натаха – это моя подруга, закатив глазки, сказала: - «Я на ПП». Я не знала, что такое ПП, хотя я знаю многое. Но это загадочное ПП… Подруга, подкованная дочерью, стала рассказывать: «ПП –это правильное питание: что, когда и сколько надо есть, чтобы быть в форме». Я заслушалась. Я уже года два не в форме. Моя форма - 44 размер одежды. А сейчас я - 46. Это сплошное неудобство. Мои вещи - они давят меня, а я хочу свободы. Купить другие можно, но я редко встречаю платья, лучше моих. А я предпочитаю платья. Видимо, красивые платья бывают до 44 размера. Об этом ПП я не знала никогда.

В детстве я была в меру откормленным ребенком, взрослым я нравилась. Все трепали меня за щечки, тыкали в выпирающий живот. Папа называл широкомордой анашкой. Я не знала кто это тогда, не знаю и сейчас. Но я знала, что это кто-то очень красивый. Папа обожал меня и говорил это так, что я чувствовала себя красавицей. Подростком я была прыщавым, себе на уме, в меру умненьким, молчаливым и скрывающим свой ум. Молчаливым не оттого, что не могла говорить, просто я слегка картавила, эта «рр» была во всех словах. Когда ты взрослая – это мило, когда ты подросток - это обидно. Я долго считала себя милой толстушкой и не боролась с этим. В 80-е годы с этим не боролся никто, упитанность была синонимом здоровья.

Школьная любовь у меня была одна – хулиган Валерка. С кем бы он не дружил, а с дружил он с девчонками постарше - все знали, любил он меня. И я это знала тоже. Любил он меня не из-за красоты. Он меня просто знал. Знал, что я самая веселая, самая остроумная, самая спортивная и самая противная. Он хотел, чтобы у него была самая.

Я отвлеклась, чтобы было понятно, что я всегда была толстушкой 44 размера. Натаха - моя одноклассница и подруга была худой, но тоже 44 размера. Сейчас мы обе не в форме: я 46-го она 56-го размера. И вот это ПП. Я не могу терпеть все правильное. Я и так вся правильная, но еще и правильное питание... Но этот рассказ о ПП заинтересовал меня часа на полтора, пока я не захотела есть. «Натаха, ну пойдем - перекусим». Немного поломавшись, она согласилась на чай. За столом я уболтала ее на мою фирменную уху. Я купила две сладкие булочки и сметану, не подумайте, что я так ужинаю каждый день. Натаха любит сметану. Она взяла ложечку и потянулась, я подставила ей булочки. Мы болтали и ели. Все- таки я не люблю все правильное, а правильное питание - особенно.