ПОСЛЕДНИЙ ЧЕЛОВЕК (1924)
Германия (Universum, UFA), 77 мин., немой, черно‑белый
Режиссер: Ф. В. Мурнау
Продюсер: Эрих Поммер
Автор сценария: Карл Майер
Операторы: Роберт Баберске, Карл Фройнд
Музыка: Джузеппе Бечче, Тимоти Брок, Петер Ширманн
В ролях: Эмиль Яннингс, Мали Дельшафт, Макс Хиллер, Эмили Курц, Ганс Унтеркирхер, Олаф Шторм, Герман Валлентин, Георг Джон, Эмми Вида
Сюжет прост: служащий отеля, оскорбленный потерей своего социального статуса, когда его из‑за преклонных лет понижают в должности до уборщика туалетов, падает так низко, что решается с помощью кражи вернуть свою униформу (символ профессионального достоинства).
Несмотря на нелепый и неубедительный счастливый конец, навязанный UFA, «Последний человек» Мурнау остается знаковым фильмом даже без интертитров, которые в конце фильма сообщают зрителям: «Здесь бы и должна закончиться эта история, поскольку в реальной жизни несчастного одинокого старика вряд ли бы ждало что-то иное, кроме смерти. Автор пожалел его и придумал довольно маловероятный эпилог». Оказывается, на руках у старика, прислуживающего в туалете отеля высокомерным клиентам, умирает миллионер, завещавший все свои деньги последнему человеку, которого он увидит. На экс-портье сваливается нежданное богатство, которым он делится со сторожем, и, отобедав в отеле, парочка с триумфом уезжает на извозчике, одарив чаевыми весь персонал.
В советском прокате — «Человек и ливрея»
Но, помимо этой притчи, присутствует одно из типичных для Мурнау убедительных исследований кинематографического пространства: камера работает с поразительной изящностью и точно передает отношения героя с окружающим миром, следуя за ним по отелю, городским улицам и в домашней обстановке, в многоквартирном бедном доме. Иногда работа камеры отличается «субъективностью», например опьянение героя передается оптическим искажением. В другой раз красноречива подвижность камеры, например в эпизоде с вращающимися дверьми, символизирующими здесь судьбу. Вполне вероятно, что великолепная кинематографическая техника, в действительности, слишком хороша для незатейливой истории про какого‑то старика, и все же невозможно не отметить как виртуозно выстроенные Мурнау мизансцены, так и операторскую работу Карла Фройнда.