Ну вот почему так?! Когда ты на волне, когда все так здорово, фотосет совершенно крышесносный, и ты растворяешься в волнах наслаждения творчеством и красотой… Обязательно такой вот обломный звонок.
Нельзя сказать, что у Лели в голове мало идей. Идей очень много. Но почему-то каждая воображает себя исключительно важной. И почему-то любая идея, которую не получилось в конце концов осуществить, застревает занозой в памяти, и кажется бесконечно значимой потерей. Будто ты не осуществил что-то исключительно важное. Кому важное? Чем важнее другого? Если рассуждать логично - глупости, но факт остается фактом. И вот теперь ей, похоже, придется смириться с тем, что еще одна шикарная идея будет годами царапать ее душу. Теперь каждый раз, когда она будет проходить мимо Завода-музея или перебирать свои эскизы тату и бодиарта - снова будет это ощущение пролета фанеры над Парижем. А когда она в сети начнет натыкаться на подобное, подобное, но не то, сделанное уже другими… Нет, что-то надо сделать. Перри не может однозначно, надо поискать кого-то на замену.
- Лель, что-то случилось? - выдернул Лену из депрессивной задумчивости голос подруги. Нека в развевающейся шелковой белой юбке с розами, нарисованными тонкими красными линиями стояла в дверном проеме с блюдом яблок в руках. Леля машинально вздернула камеру, прицелилась и сделала несколько снимков. Пролистнула - вроде бы поймала нужное. Порой именно такие случайные снимки оказываются ценнее всей постановочной фотосессии.
- Кого там еще обломала моя рука? - как всегда удачно скаламбурил Перри.
- Да Левку выгоняют из сторожей металлургического завода-музея, - с кислой гримаской поделилась Леля.
- Это где ты меня с бодиартом фоткать собиралась? Это что такое он умудрился сделать, что его даже из сторожей поперли?
- Его креативности нет предела, особенно по пьяни. Насколько я поняла, металлургический процесс запустил.
- В смысле? Какой процесс?
- Ну сталь решил выплавить.
- Опа! И как результат?
Леля вздохнула: Как результат его выгоняют. Вообще это не первый инцидент. Он там уже… и носки сушил и картошку жарил. В производственных печах. А тут, видимо, совсем обкуренный был. Там же в музее всякая специальная литература по металлургии… Короче, дали ему 24 часа на сборы. И то, потому, что директор - человек то ли добрый, то ли наивный. Ну а Лео, в свою очередь, человек порядочный. Раз мы договаривались - сразу позвонил. Только толку-то… Где я до завтра натурщика найду, чтобы и под боди-арт подходил и полазить там не боялся… Короче… не судьба, похоже. Хотя, блин, ужасно трудно смириться с таким обломом.
Перри скорчил сочувственную гримасу, они с Аникой отлично понимали глубину Лелиной печали. Однако Перри никогда настолько не погружался в печаль, чтобы позабыть о практической выгоде.
- А я, насяльника, раз уж все равно в работе перерыв, метнусь в туалет шустрым кабанчиком?
- А я, пожалуй, кофе сварю.