Найти в Дзене
Данил Камалтдинов

Немцы шарят в диско

Ранее Германия уже дарила миру талантливого исполнителя диско в лице Томаса Андерса. Ознакомившись с многообещающим дебютом Мариуса Лаубера ака Roosevelt, смею предположить, что она сделала это вновь. Впрочем, о первом альбоме музыканта я уже писал, в этот раз сконцентрируюсь на второй его пластинке, Young Romance, увидевшей свет 28 сентября. С момента анонса второго альбома Лаубера я опасался изменения вектора звучания с уходом в бОльшую попсовость и примитивность в угоду массам и современным тенденциям. Опасения мои оказались напрасны – Рузвельт остался верен своему стилю и продолжил выдавать интересный материал, навеянный танцевальной музыкой прошлого века. Среди песен, предваривших релиз полноформатника, больше всех мне понравилась Shadows. Необычность и свежесть звучания в ней достигаются сочетанием чиллвэйва (в куплетах) и фанка (в припеве), так что при её прослушивании хочется одновременно и лежать на шезлонге под тенью пальм и подчиниться стихии танца. Среди прочих композиций
Обложка альбома Young Romance
Обложка альбома Young Romance

Ранее Германия уже дарила миру талантливого исполнителя диско в лице Томаса Андерса. Ознакомившись с многообещающим дебютом Мариуса Лаубера ака Roosevelt, смею предположить, что она сделала это вновь. Впрочем, о первом альбоме музыканта я уже писал, в этот раз сконцентрируюсь на второй его пластинке, Young Romance, увидевшей свет 28 сентября.

С момента анонса второго альбома Лаубера я опасался изменения вектора звучания с уходом в бОльшую попсовость и примитивность в угоду массам и современным тенденциям. Опасения мои оказались напрасны – Рузвельт остался верен своему стилю и продолжил выдавать интересный материал, навеянный танцевальной музыкой прошлого века.

Среди песен, предваривших релиз полноформатника, больше всех мне понравилась Shadows. Необычность и свежесть звучания в ней достигаются сочетанием чиллвэйва (в куплетах) и фанка (в припеве), так что при её прослушивании хочется одновременно и лежать на шезлонге под тенью пальм и подчиниться стихии танца. Среди прочих композиций достойна упоминания и Getaway с приглушённым вокалом и плотным звуком, обволакивающим слушателя густой пеленой. В Pangea сильнее прочих чувствуется влияние классического диско и дань его традициям – хоть сейчас помещай её в саундтрек «Очень странных дел». Демонстрация фальцетного потенциала голоса артиста прилагается. Take Me Back знаменует собой ощутимый крен в сторону техно, вследствие чего вокал в ней сильно оттенён палитрой звуков.

Young Romance - это тот редкий случай, когда и первый блин не вышел комом, и второму удалось сохранить и преумножить всё лучшее из арсенала своего предшественника. Надеюсь, музыкант не остановится на достигнутом и обязательно отметится новыми не менее интересными пластинкам, лишь набирая обороты и преумножая свою фан-базу.