Пришел как-то Паоло Монтекки к Мастеру с большой-большой человеческой проблемой. Путем долгих и неопровержимых умозаключений пришел он к выводу, что он не нужен Богу. В общем-то, и умозаключения долгие и неопровержимые тут были и ни к чему: проблема была видна невооруженным глазом. Дела постепенно приходили в упадок, жена пилила Паоло уже не раз в неделю, как раньше, а чуть ли не каждый день и, что самое страшное, впереди не было видно никакого просвета. Как человек начитанный и образованный в разных сферах Паоло знал, что просвет должен быть, что должен быть смысл и что каждодневные усилия должны рано или поздно принести свои плоды. Но в последнее время ему все чаще начинало казаться, что знал об этом лишь он один, а Богу, тому самому Богу, который первым должен был быть заинтересован в исполнении всех своих законов, — ему как раз никакого дела до Паоло не было.
И пришел Паоло со своей проблемой к Мастеру. Не нужен, говорит, я Богу.
— Расскажи мне о Нем, — попросил Мастер.
И несколько часов под звездным небом они говорили о бесконечности миров и загадке бытия. О едином и неизреченном источнике всего, по отношению к которому любой атрибут излишен. О необходимости обращения: ведь каждый имеет право на свой личный контакт с Ним; только до этого права надо дорасти. О безответности молитвы и тех знаках, в которых чуткое сердце может распознать Его волю. Об искренности и верности, наполненности смыслом и необходимости исчерпать, о...
Стало светать. Мягко улыбнувшись, Мастер положил руку на плечо Паоло и сказал:
— Спасибо. Теперь пришло время перейти к твоей проблеме.
— О какой проблеме вы говорите, Учитель?
— Это я тебя должен спросить, ведь вчера на закате ты пришел ко мне с проблемой, которую хотел обсудить.
— Да... Но я не помню, в чем она состояла. Наш ночной разговор стер все воспоминания о ней. Такое ощущение, что я принял лекарство, и моя душа исцелилась, освободилась от тяжести, очистилась. Что это было? Что за лекарство Вы мне дали?
— Это не я. Это было твое лекарство. Я лишь помог тебе его принять. Ведь не я, а ты мне рассказал о Боге.