Базилио Крутой 208

- Спасибо, Мистер Модесто, - сказала женщина по телефону. Пожалуйста, пройдите на улицу. У нас есть лимузин ждет вас.”

Арнесто посмотрел на свою машину и увидел еще один костюм, стоявший рядом, и еще один, идущий к нему по тротуару.

- Их еще больше, чем ты видишь, - сказала женщина. - Я предлагаю вам не заставлять их преследовать вас.- Он согласился; побег не был жизнеспособным вариантом. - Мы ценим ваше сотрудничество. Увидимся в лимузине.- Она повесила трубку.

Когда он приблизился к дороге и скафандры сомкнулись вокруг него, лимузин остановился рядом с ними. Один из трех костюмов открыл перед ним пассажирскую дверцу, и Арнесто сел. Внутри было еще четыре скафандра, по одному в каждом углу, и Арнесто ничего не оставалось, как сесть между двумя из них на заднем сиденье.

Арнесто попытался понять, кто они такие. Это не полиция и не ФБР, они не предъявили ему никаких документов. ЦРУ? По крайней мере, они выглядели как американцы. Он, вероятно, не был похищен КГБ, и они определенно не были ISIS или членами Якудзы. Но все они были коренастыми мужчинами. Насколько опасен он, по их мнению, и где женщина с телефона?

Человек слева от него сказал:“Спасибо, что не пинаешься и не кричишь.”

Когда Арнесто повернулся к нему лицом, он почувствовал укол в правую сторону шеи и потерял сознание.

Когда он проснулся, он был в камере. Он чувствовал себя дезориентированным и немного тошнотворным, больше от того, что они ему дали, чем от беспокойства. Он попытался обратить внимание на окружающую обстановку. В камере не было ничего, кроме него самого, его койки и маленького металлического унитаза. Теперь его одежда изменилась: он был в серой футболке, серых спортивных штанах и белых боксерах, но больше ничего. Ни одна из вещей не принадлежала ему. Это заставило его содрогнуться. У него не было ни носков, ни обуви, ни других вещей.

Его камера смотрела на стену. Прижавшись лицом к решетке, он мог сказать, посмотрев налево, что его камера была в конце коридора, но, посмотрев направо, он увидел только еще одну стену. Кроме того, в защитном пузыре на потолке рядом с его камерой была камера; они могли видеть все.

Обходя свою камеру босиком, он остро ощущал свои шаги. Он понял, что это было единственное, что он слышал. Он кашлянул и щелкнул пальцами, чтобы убедиться, что не сошел с ума. Он слышал их прекрасно, но в остальном, в коридоре было совершенно тихо. Возможно, он был один в этом зале.

- Алло?- спросил он. - Алло?! Есть тут кто-нибудь?”

Ответа не последовало. Возможно, случился апокалипсис, оставив его единственным выжившим. Нет, он бы запомнил это. И вообще, где он был? Был ли он вообще в Соединенных Штатах?

Он сел на койку и стал ждать.

Хотя он все еще не чувствовал себя хорошо физически, он был удивлен, что чувствует себя так же хорошо, как и психологически. Когда он размышлял об этом, ему пришло в голову, что огромный источник его стресса исчез. Он больше не будет тратить свои дни на размышления о том, следят ли за ним или когда его схватят. Это случилось. Он пожертвовал собой, чтобы спасти много жизней, и теперь все было кончено.

Потребовалась клетка, чтобы он почувствовал себя свободным.

Он лег, повернув голову к камере, чтобы они меньше смотрели, и стал ждать еще немного.

Через час, как ему показалось, он услышал, как открылась дверь и послышались шаги, поэтому он сел. Дверь его камеры открылась, и появились два охранника.

- Сюда, пожалуйста, - сказала женщина-охранник.

Они были одеты в костюмы, которые не давали Арнесто много информации о том, где он находится, только то, что это, вероятно, было не то место, где были часы посещения. Охранники даже не надели на него наручники, что означало, что они не считали его физической угрозой.

Они привели его в комнату для допросов, где он сел за стол в неудобное кресло. Вскоре вошел мужчина и сел в кресло напротив.

Он был одет в костюм, который выглядел совершенно новым и подходил к его спортивному телосложению. У него была свежая стрижка под Лигу плюща с бесшовной частью на одной стороне, ни один волос не был неуместен. Арнесто отметил, что он был светлее черного, как будто серый только начинал появляться, все еще идеально сливаясь с существующим цветом.