Почти восемь лет учебных шестидневок с уроками, бурными переменками, долгожданными каникулами пронеслись стремительно, но не явились для Волкова основной школой жизни. Он много занимался спортом – лёгкой атлетикой, академической греблей, любимым боксом – но это не могло отвлечь его от мечтаний о прекрасных девах, населяющих райские кущи! В жизни всё оказалось прозаичнее: ему было 14, когда родители потащили его с собой в гости к генералу-майору Пронштейну, жившему в генеральском корпусе их дома на Таврической. Он упирался, как мог, но мама настояла, а он старался её не расстраивать! У Марка Яковлевича была дочь Элла, старше Андрея на три года, с которой он был знаком по походам в театр с классом своей соседки по квартире Марины Голяткиной, но общаться с ней ему не приходилось. Взрослые праздновали за столом в столовой, Андрей и Эллочка уединились в кабинете генерал-майора. Она была прекрасна быстро увядающей еврейской красотой, но Андрей тогда не разбирался в таких вещах, он видел, что она изящна, воспитана, ощущал её притяжение! Когда же она заговорила о литературе, притяжение это усилилось безмерно! Элла предложила сыграть в шахматы – и Андрей неожиданно проиграл в дебюте! Он сурово потребовал реванш, но Эллочка играть в этот день отказалась. Потом она учила его танцевать танго – фокстроту он кое-как обучился на школьных уроках эстетики – в общем, уходил он от Пронштейнов с пронзённым сердцем и с записанным на салфетке её рукой телефоном! «Позвони, может быть, отыграешься!» - шепнула она напоследок…
Юный Волков потерял покой и сон, он часами ходил вокруг телефонов-автоматов на Таврической улице, но позвонить решиться так и не смог!
Когда он в очередной раз пошёл в театр с Голяткиной, Элла едва кивнула ему, но после спектакля, в садике у музея Суворова, сама подошла к нему и неожиданно с силой обняла за шею, буквально повиснув на нём! Она быстро научила его целоваться, но ходить куда-нибудь вне класса отказалась наотрез…
Прошло месяца два, и родители Эллочки уехали в отпуск. От Марины Волков получил приглашение на вечеринку к Пронштейн-младшей по этому поводу.
Пили дешёвого портвейна одиннадцатиклассники много, ещё больше курили. Хозяйка объявила, что у неё мигрень и попросила друзей разойтись пораньше. «За тобой партия!» - сказала она засобиравшемуся было Волкову, и он остался. Расставил фигуры и стал ждать её в гостиной. Она вышла из ванной в халате на мокрое тело, смахнула фигуры с доски и, смеясь, сказала: «Сдаюсь, мой король!»…
Так продолжалось без малого месяц, Волков осунулся, стал пропускать занятия, мать вызвали в школу, посчитав, что Андрюша проводит время с второгодницей Таней Косаревой! Дома его ждала нелицеприятная беседа, Андрей обещал привести успеваемость в порядок, но не более того!
За несколько дней до приезда родителей Эллочка сообщила Волкову, что они видятся в последний раз. Почему-то он был готов к такому финалу и не расстроился, чем безмерно поразил дочь генерала…
…Было ещё не поздно, он вышел на Суворовский прогуляться, увидел Таню, подошёл к ней, полуобнял, заглянул в глаза, спросил тихо, со значением: «Знаешь, что о нас говорят?». Она склонила голову ему на плечо…
И Волкова понесло: все девочки вокруг расцвели только для него, как ему стало казаться, и он бросился в этот новый мир со всей страстностью первооткрывателя!
Но подготовительный процесс - все эти киношки, мороженицы, посиделки с портвешком – требовали финансовых затрат, а своих денег у Андрея не было! Он помогал отцу собирать телевизоры на продажу – тот подкидывал ему по несколько рублей время от времени, но их ему не хватало!
Он опять поскучнел и тут вдруг встретил фарцовщика Джонса, так, по крайней мере, о том говорили на районе. Звали его Валера Митенков, и в свои 19 он прославился тем, что откосил от армии, купил мотоцикл «Ява», кончил с отличием техникум советской торговли на улице Чехова и, проработав год продавцом в блатном «комке» №22 на Суворовском, 26, стал старшим продавцом, а потом и заместителем директора этого сказочного места…
«Слушай, Андрюха, - начал Джонни, - скоро мой босс уйдёт в правление дирекции «Ленкомиссионторга» и будет рекомендовать меня директором нашего «комка», а, может быть, по совместительству и №18 рядом на Суворовском, 20! Но на его жёстких условиях: я завязываю с фарцовкой, женюсь и вступаю в партию! Ты парень умный, а, главное, умеешь держать язык за зубами – Элка мне всё о тебе рассказала! – поэтому я хочу, чтобы ты занялся моими делами на твоих условиях! Не спорь, выслушай до конца – я знаю, что это ты просишь ребят постарше сдавать твои электрофоны «Юбилей» в наш «комок» на их паспорта, знаю, где ты берёшь детали для их сборки! До этого ещё не додумывался никто в городе! Три дня тебе на размышление, вот мой рабочий, но по телефону не болтай, я скажу, куда и во сколько подъехать!».
Андрей позвонил Джонсу на следующий день…
Так началась вторая тайная жизнь Андрея Волкова!
…Он не фарцевал иностранцев на галерее Гостиного – его бы там просто прирезали центровые или сдали бы операм из отдела милиции в переулке Крылова. Просто он был знаком со старшими ребятами-мотоциклистами с Таврической, сейчас бы сказали – байкерами – друзьями Джонни, которые и познакомили его с кем надо из Гостинки, взяв слово, что он всегда будет говорить фарцовщикам правду, себе он берёт товар или на перепродажу. В Центре было не так уж много мест, где можно было «сдать» товар: или исхитриться на галерее Гостиного, но без примерки, в спешке, дрожа от близости оперов, или в женском туалете на Садовой, или в мужском на Марата. Как исторически так сложилось – он не знал…
На Марата дело обычно происходило так: присутствовали при сделке только двое: фарцовщик и покупатель, лох на их сленге. Покупатель заходил в кабинку, дверь не закрывалась, чтобы тот и другой могли следить друг за другом. Продавец следил ещё и за входной дверью, а перед примеркой проверял кабинки. Деньги покупатель совал продавцу в самый последний момент, после примерки, снятия с себя покупаемой шмутки и получения от фарцла фирменного пакета с заветной вещью, убедившись в её наличии в пакете. Продавец пересчитывал деньги и уходил первым. Счастливый покупатель оттирал пот с разгорячённого лица, ехал домой и вынимал из пакета перед онемевшими от восторга и изумления домочадцами в лучшем случае одну фирменную штанину, вторая же фарцовщиком незамедлительно сбывалась следующему лоху…
В женском туалете на Садовой джинсы и слаксы сбывались также, а вот с сапогами дело обстояло сложнее: покупательнице предлагалось не пачкаться в туалете, а пройти в подъезд продавщицы «тут, неподалёку». Там фарцовщица открывала дверь, просила минутку подождать и выходила из квартиры с шикарной коробкой из-под импортных сапог и с одним сапогом в руке, примерка могла происходить несколько раз, до полного удовлетворения клиентки, затем продавщица брала деньги с осчастливленной покупательницы и шла за вторым сапогом. На этом сеанс магии и заканчивался, но без разоблачения, как в романе Булгакова! Была масса способов подмены бутылок с элитным алкоголем, белья, часов, шуб, плащей, банок с икрой – читайте Веллера «Легенды Невского проспекта» – да чего угодно, лишь бы втюхать лоху подороже!
Но в 90-х на смену барахольщикам от фарцовки приходят солидные фигуры, такие, например, как Александр Новиков, начинавший, как бард, но в 1984 году арестованный, а в 1985 году по приговору Свердловского суда осуждённый за деятельность по изготовлению и сбыту электромузыкальной аппаратуры-фальсификата. получив 10 лет лишения свободы. Говорят, что их аппаратура звучала даже лучше импортной, а стоила в разы дешевле, при
этом Новиков и его ребята не втюхивали свою аппаратуру лохам, а честно заявляли желающим купить её лабухам-профи, что это «самиздат»! В 1990 году Указом Верховного Совета РСФСР Новиков был освобождён с испытательным сроком, а в 1992 году Верховный Суд России отменил приговор за отсутствием состава преступления. Вообще, с 80-х по 90-е годы по статьям, затрагивающим понятие спекуляции, было осуждено немало людей. Вот пример: в конце 90-х (!) некий гражданин, ленинградец, отдыхал где-то на морском побережье Кавказа, в Сочи, например, а ещё лучше в Сухуми или Батуми и зашёл в комиссионный, торгующий, в том числе, импортной радио-видеоаппаратурой. И что же он видит: цены на одну и ту же аппаратуру у него дома и на югах отличаются иногда в разы в сторону увеличения. Он, не дожидаясь конца отпуска, летит в родной Питер, закупает, к примеру, в известном комиссионном магазине № 26, что в Апрашке, несколько единиц дорогущей импортной технике, летит с ней назад на Кавказ, просит знакомых за небольшую мзду поставить технику на комиссию, предъявив свой паспорт и отправить ему деньги почтовым переводом до востребования в случае реализации товара. Довольны все: «комки», получающие свои 25 % с продажи, люди, имеющие теперь доход от обладания совейским паспортом, и, самое, главное, сам изобретатель этой гениальной по простоте схемы. Результат этих действий превосходит самые смелые его ожидания, полученные деньги он опять пускает в оборот по той же схеме, заказав уже ж.-д. контейнер для перевозки техники и увеличив штат платных помощников с ксивами. Поскольку всё это происходит, как считает он и нанятые для консультации опытнейшие юристы, строго в рамках наших законов, он не считает возможным молчать о свалившемся на него счастье, и через несколько месяцев к нему приходит вначале ОБХСС – отдел борьбы с хищениями социалистической собственности – но статьи о спекуляции оказываются плохо применимыми к данному случаю ввиду его уникальности: смотри заключения юристов выше. Тогда к нему приходят люди посерьёзнее и обвиняют его, ни много, ни мало, в подрыве экономических устоев государства. К этому времени одну из статей закона о спекуляции в экстренном порядке переделывают, и она звучит примерно так: использование для спекуляции в особо крупных размерах, как орудие криминальных замыслов, сеть государственных комиссионных магазинов, не много, ни мало. К нему в суде применяют обе возможные статьи и путём сложения и взаимного поглощения сроков по статьям дают по совокупности «четвертак», а могли бы и «вышку»! Ну, в наше время актуально импортозамещение, но: «смешивать два эти ремесла / Есть тьма искусников ‒ я не из их числа!» ‒ из комедии «Горе от ума» (1 24) А.С. Грибоедова (1795-1829)…
…Джонс сдержал слово: он познакомил Андрея с местными фарцовщиками, тому надо было лишь сбывать товар и заносить нужным
людям деньги за вычетом своих и Джонни процентов – никто не мог заподозрить восьмиклассника из приличной семьи в мерзкой уголовщине! У Волкова появились деньги, появились шмутки, но их приходилось прятать от родителей и не попадаться в них на улице знакомым. От девчонок отбоя не было, Эллочка через Митенкова звала в гости без каких-либо условий, в школе его стали обходить стороной даже отпетые великовозрастные хулиганы!