Анхель Фирменный 86

Это была не та вещь, которую он ожидал бы иметь какое-либо практическое применение.

Еще один сюрприз среди многих.

- Это, - сказал Холден, указывая на большой видеомонитор позади него на операционной палубе, - то, что мы называем медленной зоной.”

- Это ужасное имя, - сказала Наоми. Она стояла у пульта управления кораблем, вне поля зрения камер съемочной группы. - Медленная зона? Правда?”

- У тебя есть имя получше?- Спросила Моника. Она прошептала что-то клипу, и он повернулся на несколько градусов влево, камера медленно двигалась вместе с ним. Лопнувший кровеносный сосуд в его глазу начал исчезать. Высокая гравитация, прожигающая кольцо, была тяжела для всех них.

- Мне все еще нравится имя Алекса, - ответила Наоми.

- Одуванчиковое небо?” Сказала Моника, фыркнул. - Во-первых, только люди с Земли и Марса имеют хоть малейшее представление о том, что такое одуванчик. А во-вторых, нет, это звучит глупо.”

Холден знал, что он все еще на камере, поэтому он просто улыбнулся и позволил им вдвоем все обсудить. По правде говоря, он был неравнодушен к имени Алекса. Там, где они сидели и смотрели в окно, все выглядело так, будто находилось в центре одуванчика, а небо было заполнено хрупкими на вид структурами в огромной сфере вокруг них.

“Мы можем это закончить?- Спросила Моника, бросив комментарий на Наоми, не глядя на нее.

- Извини, что помешала, - ответила Наоми, совсем не выглядя виноватой. Она подмигнула Холдену, и он улыбнулся в ответ.

“И три... два...” Моника указала на него.

- Медленная зона, судя по данным сенсоров, которые мы можем получить, составляет около миллиона километров в поперечнике. Холден указал на трехмерное изображение на экране позади него. "Видимых звезд нет, поэтому местоположение зоны определить невозможно. Граница состоит из тысячи трехсот семидесяти трех отдельных колец, равномерно расположенных в сфере. До сих пор мы смогли найти только один "открытый" - это тот, через который мы прошли. Флоты, с которыми мы путешествовали, все еще видны на другой стороне, хотя кольцо, кажется, искажает визуальные и сенсорные данные, делая показания через него ненадежными.”

Холден постучал по монитору, и центр изображения быстро увеличился.

“Мы называем это кольцо станцией, за неимением лучшего термина. Это похоже на твердую сферу из металлического вещества, размером около пяти километров в диаметре. Вокруг него медленно движется кольцо других объектов, включая все зонды, которые мы запустили в медленную зону, и поясной корабль Que. Торпеда, которая преследовала нас через кольцо, направляется к станции по траектории, которая, похоже, указывает на то, что она тоже станет частью мусорного кольца.”

Еще один удар, и центральная сфера заняла весь экран.“Мы называем его станцией в значительной степени только потому, что он находится в центре медленной зоны, и мы делаем совершенно необоснованное предположение, что там будет находиться какая-то станция управления для ворот. Станция не имеет видимых разрывов на своей поверхности. Ничего похожего на воздушный шлюз, антенну, сенсорную решетку или что-нибудь еще. Только этот большой серебристо-голубой светящийся шар.”

Холден выключил монитор, и оба оператора повернулись, чтобы поместить его в центр своих снимков.

- Но самый интригующий фактор медленной зоны, и тот, который дает ей свое название, - это абсолютный предел скорости в шестьсот метров в секунду. Любой объект выше квантового уровня, движущийся быстрее, чем это, блокируется тем, что кажется инерционным демпфирующим полем, а затем утаскивается, чтобы присоединиться к мусору, окружающему центральную станцию. На первый взгляд, это своего рода защитная система, которая защищает кольцевую станцию и сами ворота. Свет и радар по-прежнему работают нормально, но излучение, состоящее из более крупных частиц, таких как альфа и бета-излучение, не существует внутри медленного zone.At по крайней мере, за пределами корабля. То, что контролирует скорость здесь, похоже, связано только с внешним видом объектов, а не с внутренним. Мы провели тесты радиации и скорости объекта внутри корабля, и до сих пор все работает нормально. Но последний зонд, который мы выпустили, был немедленно схвачен полем и теперь пробирается к мусорному кольцу.