Продолжение. Начало здесь.
Наваждение, как всегда, окончилось неожиданно. Милка стала вялой и сонной.
А за то время, пока оба кота метались в яростном плену Милкиного зова, мир успел заметно измениться. Стало теплее, появилось, наконец- то, солнышко.
Изменив своим привычкам, Серый вылез на улицу днем и устроился, поджав лапы, на разогретой солнцем крышке колодезного люка, подставляя спину теплым лучам.
Молодой и неопытный Нарым болтался неподалеку, изумленно вертя головой, разглядывая все вокруг и не веря тому, что видел.
«Это весна, дурень» - благодушно объяснил ему Серый.
Сейчас, когда Наваждение закончилось, у него не было причин враждовать с рыжим котом.
Он сам не понял, как так получилось, но после этого разговора они все чаще оказывались на улице недалеко друг от друга. Нарым не то, чтобы преследовал его. Он просто приходил туда же, где нежился Серый, и занимался неподалеку своими делами.
А Серый чувствовал странный голод. Он хотел травы. Сильно хотел. Это с ним случалось редко. Но сейчас трава была удивительно нежной и вкусной, и он ел ее с таким удовольствием, словно она была сделана из сыра.
Нарым нежился неподалеку, грея спину в лучах солнца. Делая вид, что она совершенно случайно забрела на тот же газон, неподалеку устроилась Кристя. Сейчас, когда она опять лишилась стаи, даже коты казались ей неплохой компанией. Все лучше, чем в одиночестве.
Мир был уютен, нежен и ласков.
А потом мир превратился в кошмар.
Он не успел заметить прыжка, он ничего не успел…
Небольшие, но сильные челюсти сжали его горло, перекрывая воздух.
Он отбивался, отбивался как мог, всеми лапами, которые доставали до врага. Но в глазах темнело, он слабел, а хватка челюстей оставалась прежней.
Звериный рык, более древний, чем мир, ворвался в его сознания откуда-то издалека.
Хватка разжалась.
С трудом, через боль, Серый сделал вдох.
И снова начал видеть.
Пес. Небольшой, не больше его самого, длинный коротколапый пес с глазами, из которых глядела смерть. Вот кто на него напал! Пес, который жил, чтобы убивать.
И сейчас этого пса трепал за шиворот Нарым. Трепал, терзал лапами, рыча и воя.
С трудом поднявшись, Серый бросился прочь. Прочь, в подвал, в безопасность. Отлежаться, отдышаться.
Это была ошибка. Попытавшись бежать, он снова перестал дышать.
Там, наверху, Нарым сцепился в страшном поединке с псом-убийцей. А внизу, упав, как когда-то упал окровавленный, замученный человеческими детьми маленький Нарым, лежал Серый. Лежал, и просто дышал, хлюпая пузырями крови.
Каждый вдох, каждый выдох давались через боль. Горло горело изнутри, словно вдохи и выдохи резали его острыми краями. Кровь забивала гортань, мешая дышать.
Медленно, мучительно медленно, ему удалось отдышаться. Он снова поднялся на лапы. Постоял, ожидая, пока перестанет кружиться голова. Опустил голову пониже, чтобы кровь могла стекать из раскрытой пасти. И, осторожно переставляя лапы, двинулся к своему убежищу.
Он шел долго. Долго-долго, останавливаясь и отдыхая. Борясь за каждый вдох и каждый выдох. Через боль и слабость.
Но, наконец, дошел. Теперь можно было лечь.
Мир был нечетким, а дыхание отбирало все оставшиеся силы.
Когда я устану, я перестану дышать. И умру. Зря ты меня спасал, Нарым. Так было бы быстрее. И не настолько больно. Не дай этой твари убить и себя – Милку нельзя оставлять одну…
Как может мир остаться без меня?
Ведь в нем совсем-совсем меня не будет.
Ни в холоде, ни в сполохах огня,
Ни в песне, ни в печальном тихом чуде.
Продолжение выйдет 22 Сентября в 14:00.
Если вы хотите опубликовать повесть у себя в блоге или группе, обязательно указывайте авторство. Меня зовут Колобанова Агата.
Если вам понравилось повесть, перейдите по этой ссылке к полному списку всех художественных произведений, опубликованных на канале.
Если в тексте найдется ошибка, пожалуйста, потратьте минуту-другую и сообщите мне о ней. Исправлю с искренней благодарностью.
И, как всегда, напоминаю: самый лучший способ сказать автору "спасибо" - поделиться публикацией в социальных сетях и поставить лайк. А для того, чтобы не потерять канал среди десятков аналогичных, стоит на него подписаться.