Неожиданная контратака 5 ГТА Ротмистрова, минные поля, противотанковые орудия, артиллерийские и воздушные удары фактически изнурили немецкую сборную команду.
Гот еще мог сдержать удар бронированного кулака оставшимися танками, но потеря танковых гренадеров и пионеров сделала дальнейшее продвижение вперед достаточно проблематичным. К 15 июля потери фон Манштейна составили 28 000 человек, в том числе 5600 погибших и пропавших без вести.
В общей сложности в трех танковых корпусах, переданных группе армий Юг, все еще имелось 340 танков (включая 134 Pz IV и 33 Тигра) и 156 штурмовых орудий (около трети от стартовой численности). Согласно Цеттерлингу, во время проведения Цитадели группа Юг потеряла только 119 танков и 10 штурмовых орудий - это означает, что более 800 боевых машин находилось в ремонте.
Хотя Курск не являлся "смертельной поездкой" для Панцерваффе, ряд немецких танковых подразделений, таких как все три танковые дивизии III танкового полка Брайта и бригада Пантер, из-за потерь оказались небоеспособными. Действительно, половина оставшейся бронетанковой боевой мощи фон Манштейна была сосредоточена во II. SS-танковом корпусе Хауссера, а два других больше не могли атаковать.
Предположение о том, что II./SS-Panzerkorps мог совершить какое – либо значительное продвижение на север после боевых действий возле Прохоровки 12 июля, абсурдно по ряду причин. Имелись факторы, которые замедляли продвижение немецкой бронетехники - мины, противотанковые орудия и артиллерия, а также отсутствие пехоты для прикрытия флангов. Советская авиация также не пострадала и часто наносила урон танковым частям на открытой местности.
И все же Цитадель не была "проигранной победой", как утверждал фон Манштейн. Вернее, Цитадель была концом пути для традиционной немецкой общевойсковой группы, построенной на интеграции механизированных маневренных сил и непосредственной воздушной поддержки. После Курска у немцев было много танков и штурмовых орудий, но все меньше и меньше оставалось оружия поддержки и поддержки с воздуха.
Кроме того, немцы сделали определенные выводы о танковой войне на Курской дуге – что это была танковая артиллерийская битва и что победила та сторона, которая превосходила другую. Во время Цитадели Тигры действовали очень эффективно, принимая на себя огонь и нанося противнику несоизмеримые потери.
Только 11 из 117 Тигров были уничтожены во время Цитадели, хотя их оперативная готовность была очень низкой, поэтому большое количество Тигров редко вовлекалось в какие-либо действия. Все чаще немцы возлагали свои надежды на длинные 7,5-сантиметровые и 8,8-сантиметровые орудия, а также на маневренность Pz III (как правило их держали позади атакующих подразделений). При этом Pz IV теперь считался второсортным.
Гитлер и ОКХ полагали, что Пантера в конечном счете уравновесит советское численное превосходство в танках. Новые тяжелые танки, такие как разрабатываемый 68-тонный King Tiger, рассматривались как ответ на советское превосходство, а не как попытка построить лучший средний танк.
Фактически, после Курска Вермахт отказался от своего интереса к созданию 30-тонных машин и остановился на решении, что малое количество сверхтяжелых танков изменит траекторию проигранной войны.