Когда идёт дождь происходят чудеса. Расцветают подобно цветам светофоры в лужах, сгущаются тени в старых дворах. Письма воды на стёклах и глаза. Глаза повсюду, в окнах троллейбусов и домов. Изогнутые линии бровей, задумчивые отринувшие суету взгляды. Оживает серый асфальт теперь он чёрный и лаковый, подобно крыльям грачей. Тех, что уже собираются, тех, кто по утрам уже совершают свои тренировочные полёты. Теперь это не асфальт, матовое зеркало. Ушло всепоглощающее жёлтое солнце. И сразу стали такими заметными медяки листвы на чёрных лавках. Золото, которое ни продать, ни купить, которое отсчитывает нам торопясь время. Еще одна осень, ещё один год.
И словно тронулся поезд, с тяжёлым скрежетом пошли вагоны, поблёскивая мокрыми боками, остывшие после летней жары. На новые, но бесконечно старые рельсы. Где мы? В вагоне или на перроне с поникшими плечами? Это такой больной вопрос, что лучше не думать. Лучше перевернуть как лист календаря, страницу ещё одной ночи. Не думать. Забить. Забыть