На этой картине Крамского мы видим крестьянина, идущего по едва присыпленной снегом тропе. Начались заморозки, поэтому мужчине холодно. Он съёжился и спрятал руки в рукава. Одет он достаточно просто, даже бедно. В руках — пустая котомка и деревянная трость для ходьбы.
У крестьянина усталый и задумчивый вид. Он весь ушёл в свои мысли и, кажется, не замечает ничего вокруг. Его сосредоточенное лицо словно перебирает в памяти какие-то воспоминания, его, возможно, тяготят какие-то думы. Не смотря на одолевающие его размышления, путник упорно движется вперёд по лесной дорожке.
Когда Крамской только начал писать картину, она сразу же понравилась Третьякову и тот пожелал купить полотно. Есть даже мнение, что сам меценат и дал ей название. Купец так говорил о герое сюжета:
Я его называю созерцателем потому, что я вижу, что он созерцает… Не говорю, что он непременно природу созерцает: может быть, он созерцает тихую семейную жизнь свою после окончания пути, может быть, непроходимую бедность и холод, и голод, и злобу, ожидающие его и дома, может быть, веселие первого кабака представляется ему, может же просто представляется, как вот он сию бы минуту стянул что-нибудь — если бы бог помог!
Хотя Третьякову очень понравилась картина, он её всё же не купил, поэтому полотно два года лежало в мастерской художника. Потом на работу обратил внимание общественный деятель Фёдор Терещенко, который и стал её хозяином.
«Созерцатель» был очень популярным среди современников Крамского. Его образ даже использовал Достоевский, чтобы описать одного из своих персонажей в романе «Братья Карамазовы»:
У живописца Крамского есть одна замечательная картина под названием «Созерцатель»: изображен лес зимой, и в лесу, на дороге, в оборванном кафтанишке и лаптишках стоит один-одинешенек, в глубочайшем уединении забредший мужичонко, стоит и как бы задумался, но он не думает, а что-то «созерцает». Если б его толкнуть, он вздрогнул бы и посмотрел на вас, точно проснувшись, но ничего не понимая. Правда, сейчас бы и очнулся, а спросили бы его, о чем он это стоял и думал, то наверно бы ничего не припомнил, но зато наверно бы затаил в себе то впечатление, под которым находился во время своего созерцания.
Сейчас картина является частью собрания Киевского музея русского искусства и пользуется большой популярностью у туристов.