Первый в истории российско-британский оркестр выступит в Москве и Петербурге.
Советский композитор Дмитрий Шостакович (слева) и английский композитор Бенджамин Бриттен в Большом зале Государственной консерватории имени П.И.Чайковского. Фото Александра Конькова /Фотохроника ТАСС
Советский композитор Дмитрий Шостакович (слева) и английский композитор Бенджамин Бриттен в Большом зале Государственной консерватории имени П.И.Чайковского. Фото Александра Конькова /Фотохроника ТАСС
Бенджамин Бриттен и Дмитрий Шостакович познакомились на гастролях Заслуженного коллектива России симфонического оркестра Ленинградской филармонии в Королевском фестивальном зале в Лондоне в 1960 году, на которых состоялась британская премьера Первого виолончельного концерта Шостаковича в исполнении Мстислава Ростроповича.
На протяжении долгого времени они восхищались творчеством друг друга: Бриттен вдохновился на создание «Питера Граймса» после прослушивания «Леди Макбет Мценского уезда» Шостаковича в 1935г. Позже, в 1963г., Бриттен напишет: «Многие годы ваша работа и жизнь служили для меня примером – мужества, достоинства и чуткости».
Хотя напряженность во взаимоотношениях между СССР и Великобритании существенно осложняла возможность личной встречи композиторов, их дружба продолжалась на расстоянии. Они регулярно обменивались партитурами и записями через посредников. Главными среди них были сам Ростропович и его жена Галина Вишневская - вчетвером они образовали сплочённый квартет друзей, преодолевающий видимые границы. В 1961 в Ковент-Гардене была исполнена «Катерина Измайлова» Шостаковича, вторая редакция оперы «Леди Макбет Мценского уезда». Бриттен тогда написал своему другу-композитору:
“Мой дорогой Дмитрий Шостакович! Наш дорогой друг Слава гостил у нас два дня, он привезет Вам от меня эту записку-благодарность за Ваше замечательное письмо. Я был очень огорчен, что не смог поприветствовать Вас в числе тысяч других англичан на спектакле «Катерины». Вы знаете, как сильно я люблю эту оперу и как я рад, что здесь её полюбили многие».
При советской власти выезжать на заграничные гастроли музыкантам было непросто, и это препятствовало осуществлению творческих планов Шостаковича, Ростроповича и Вишневской. В этих условиях Бриттен использовал любую возможность съездить в Россию и обогатить свои знания о ее культуре. Во время послесталинской оттепели при поддержке Ростроповича и советских властей, Бриттен был приглашен в Россию в 1963 году для участия в Фестивале Английской музыки; на следующий год он вернулся с гастролями Английской оперной группы и продирижировал тремя своими операми. С 1963 по 1966 Бриттен и Шостакович виделись шесть раз на территории Советского Союза.
Сотрудничество с Шостаковичем, Ростроповичем и Вишневской несомненно оказало влияние на творчество Бриттена: от «Военного реквиема» (который задумывался для исполнения Вишневской) и вокального цикла на русском языке «Эхо поэта» до его возвращения к инструментальным композициям, где особое место занимают виолончельные произведения, написанные для Ростроповича.
Бриттен посвятил Шостаковичу своего «Блудного сына», а Шостакович ему – Симфонию № 14. Бриттен дирижировал первым исполнением Симфонии за пределами России на фестивале в Олдборо в 1970 г. Газета Таймс писала, что “Все в зале видели и слышали, что Бриттен дирижирует произведением, которое глубоко тронуло его сердце, и работа над которым принесла ему огромное удовольствие”.
Шостакович посетил дом Бриттена в Олдборо лишь однажды, в 1972 году, тогда он мог внимательно изучить первые черновики «Смерти в Венеции» Бриттена. В интервью газете Таймс Шостакович сказал: «Я люблю [Бриттена] как человека и музыканта… Я особенно восхищаюсь его талантом и тонкостью восприятия. Мы слишком редко встречаемся.”Когда Бриттен узнал о смерти Шостаковича, в память о нем о сказал: “Он был величайшим композитором, которого мне посчастливилось знать».
Информация предоставлена пресс-службой оркестра Бриттена-Шостаковича