Яды всегда использовались для тайных убийств. Занимались этим и советские спецслужбы. Еще в 1930-е гг. перебежчики из СССР на Запад рассказывали, что в НКВД существует лаборатория, использующая яды в оперативных целях. Действительно, этим занималось 4-е управление НКВД (террор и диверсии и тылу противника). Руководил лабораторией Г. М. Майрановский.
В 1950-е гг. Майрановский, доктор медицинских наук и токсиколог, сам рассказал о том, над чем он работал в структурах НКВД-НКГБ-МГБ с 1937 по 1951 год. Исследования ядов в военных целях проводились еще с 1926 г. во Всесоюзном институте биохимии. В 1937 г. занимавшиеся этим ученые Института перешли в НКВД под прямой контроль наркома и его первого зама. Отделом токсикологии в тайной лаборатории из 20 сотрудников и заведовал Майрановский. Находилась она рядом с Лубянкой. Это было неслучайное соседство — с 1938 г. «Лаборатория Х» испытывала изобретенные ею яды на приговоренных к смерти заключенных.
Майрановскому поставили цель: получить яд, эффективный и незаметный при вскрытии, а также вещества, помогающие «откровенности» на допросах. Первую часть задачи в целом выполнили, некоторые яды (кураре, рицин) обнаружить было непросто. Так как в работе над ядами принимал участие и глава НКВД Л.П. Берия, то когда его самого судили в 1953 г., в приговоре указали на «бесчеловечные преступления, заключающиеся в производстве опытов по испытанию ядов на осужденных к высшей мере уголовного наказания и опытах по применению наркотических веществ при допросах». Берия признал свою вину.
Майрановский травил заключенных мышьяком, таллием, цианистым калием и натрием, колхицином, аконитином, стрихнином и другими ядами, вызывающими часто ужасную, мучительную смерть. Арестантам делали смертельные инъекции, давали отравленную еду, даже стреляли в них отравленными пулями. Рассказывая о действии на человека аконитина (отравил им с десяток несчастных), Майрановский признавался, что ему самому «становится жутко» от воспоминаний об этом страшном яде (неудивительно, что он стал горьким пьяницей). Жертвами его садистских экспериментов стало не меньше 150 человек.
В лаборатории было и биологическое отделение. Им заведовал микробиолог и доктор биологических наук, лауреат сталинской премии С. Н. Муромцев. Он принимал участие в некоторых опытах Майрановского над заключенными: наблюдал за происходящим и записывал результаты экспериментов. Муромцев и сам вводил яды, например, свой препарат — ботулинический токсин он ввел троим заключенным, в результате все они умерли от паралича. Муромцев разрабатывал способы заразить человека туберкулезом (например, поместив бактерии в книге жертвы) или легочной чумой. Этот способ убийства рассматривался как один из возможных вариантов устранения Л. Троцкого в 1940 г. Всего Муромцев произвел не меньше 8 опытов на живых людях, все с летальным исходом.
Майрановский, как и Берия, был осужден, приговорен к 10 годам лишения свободы «за незаконное хранение отравляющих веществ» и злоупотребление служебными полномочиями. Он признавал: «моей рукой был уничтожен не один десяток заклятых врагов Советской власти, в том числе националистов всяческого рода (и еврейских) – об этом известно генерал-лейтенанту П. А. Судоплатову». О том, как яды использовались в ходе спецопераций, рассказал позже сам П. А. Судоплатов. Он лично принимал участие в некоторых операциях в 1946-47 гг.
Вместе с Майрановским в 1946 г. они ездили в Саратов, где отравили украинского националиста А. Я. Шумского (тот умер якобы от сердечной недостаточности). Как видно, в некоторых случаях Майрановский сам выезжал на операции, чтобы сделать жертвам смертельные инъекции. Он признавал, что убил так десятки человек. Подобным способом в 1947 году был убит ядом кураре архиепископ украинской католической церкви Теодор Ромжа (кстати, план этой операции одобрил тогда сам Н.С. Хрущев, член Политбюро украинского ЦК ВКП (б)). Был отравлен по приказу И. Сталина польский гражданин Самет, которого подозревали в шпионаже в пользу США. Так же был убит в 1947 американский разведчик Исайя Отгинс, которого в НКВД не хотели возвращать США и решили представить его смерть внезапной и ненасильственной.[С-BLOCK]
Наркотиками травили белых генералов А. Кутепова и Е. Миллера, похищенных в 1930-е гг. в Париже сотрудниками НКВД (обстоятельства смерти одного неизвестны, второй расстрелян). Имена большей части жертв Майрановского до сих пор не раскрыты (архивные документы засекречены и контролируются ФСБ).
Подобные подразделения существовали и позже в структуре КГБ, используя наработки лубянской «лаборатории Х». Детали этой деятельности все еще окутаны завесой тайны и нескоро будут открыты.